обычная версиямобильная версия
подписка

независимое международное интернет-издание

Кругозор интернет-журнал
Держись заглавья, Кругозор, всем расширяя кругозор. Наум Коржавин.
май '10
НРАВЫ

ЖУРНАЛИСТКА

- У твоего мужа служебный роман, -- доносили мне по телефону словоохотливые знакомые.

- Служебный роман! У моего мужа! Этого не может быть! Санька не по этой части. Он больше насчет выпить специалист. Юбки его не волнуют, - обрывала я неприятные донесения. Мой голос звучал уверенно и резко, в то время, как  в душе моей поселился маленький червячок сомнения, который с каждым новым сообщением о возможной неверности мужа вырастал и грозился превратиться в огромного отвратительного червя.

Я узнала, что мою предполагаемую соперницу зовут Валентина Крылова, что она недавно приехала из России, где как будто работала помощником одного из известных кинорежиссеров. И что мой Саня ее пригрел на нашем русском радио. Он ей дает репортерские задания для радиопередачи из жизни Нью-Йорка, и она с этими заданиями неплохо справляется. Будто бы Саня даже поднимает вопрос о том, чтобы принять ее на работу по контракту.

Все это было мне чрезвычайно любопытно, чтоб не сказать больно. Какое-то время я молча терпела разные слухи и сплетни, а потом решила взять быка за рога и увидеть "соперницу" живьем. Я надумала устроить у нас дома маленькую вечеринку  и пригласить пару-тройку человек, включая упомянутую Валю. Сделать это оказалось довольно просто, так как в телефонных разговорах Сани с сослуживцами он многократно называл ее имя.

- Слушай, Санек! - мягко подкатилась я к мужу.- Что-то скучно стало жить. Хочется пообщаться с умными людьми. Давай устроим небольшую вечеринку и пригласим Гудманов, Смирновых и вот эту самую... ну, как ее? Валю Крылову, которую ты так нахваливаешь по телефону. А? - Выпалила я одним духом и буквально впилась взглядом в лицо мужа в ожидании, какая последует реакция.

- А почему бы и нет? - равнодушно (или нарочито равнодушно) пробормотал Саня. И, зная мою нелюбовь к кухне, с удивлением добавил:

- А тебе охота стоять у плиты?

- Неохота, конечно. Но мы купим все готовое. Тут у нас открылась за углом отличная русская кулинария.

- Тогда нет проблем. Я приглашаю и закупаю спиртное, ты закупаешь продукты.

Лицо Сани было абсолютно непроницаемым. И как я ни старалась отгадать, что кроется за этой непроницаемостью, так ничего особенного и не обнаружила. Задавать дальнейшие вопросы и копать глубже было совершенно бесполезно и даже бессмысленно. Уж я-то знала своего мужа. Это о таких, как он, писал не любимый мною великий русский поэт Некрасов, и как верно писал:


"Мужик, что бык. Втемяшится в башку какая блажь, колом ее оттудова не выбьешь..."

А сигнальные звоночки доброхотов продолжали поступать теперь уже почти каждый день. Я в ответ на их уже не тонкие намеки только посмеивалась, а сама внутри вся пылала и кипела и еле дотянула до субботнего прихода гостей. А в субботу все никак не могла решить, что же мне такое надеть - поярче или поскромнее. Пойти ли в парикмахерскую сделать прическу или обойтись домашними средствами. И вообще, как мне себя с ней вести, с этой Валей. Крепко подумав, решила в одежде не выпендриваться и в парикмахерскую не ходить. Много чести для Вали!
 
Мы все уже собрались за столом и за светской беседой приступили к дегустированию местных деликатесов, а Вали, из-за которой я затеяла весь этот сыр-бор, все не было.

- Где же наша красавица Валя? - громко и многозначительно сказала жена Гудмана и вопросительно посмотрела на моего мужа.

- Да, куда она запропастилась? -стала вторить ей жена Смирнова и покосилась почему-то на меня. В общем, гости ждали прихода Вали, как зрители начала спектакля и предвкушали трагикомедию или фарс. А может, и драму.

Она явилась с опозданием на полтора часа - дескать, в субботу плохо
с транспортом, а машины пока нету. На машину еще не заработала. Валя вошла, вернее, внесла в нашу новомодную, но небольшую квартирку свое большое красивое тело и заполнила собой все малогабаритное пространство. Ростом она была на голову выше меня и, как говорится, в теле, приятном на вид и, наверное, на ощупь той женственной полнотой, которая так нравится мужчинам. Несмотря на стандарты нашего века, когда женщины с гордостью носят тряпки американского четвертого размера . (Я, на счастье, а теперь, может, и на горе, принадлежу именно к этой категории.) Валя была в возрасте, когда бабе сорок пять и она ягодка опять. Ее красивое славянское лицо с правильными чертами и широкими скулами было несколько излишне круглым, но щеки еще не успели обвиснуть, и, если честно и объективно, то она смотрелась очень даже неплохо. И одета была по-американски просто: в джинсы и майку без всяких украшений.

Мы с наигранным дружелюбием пожали друг другу руки. Она протянула мне букет недорогих, но еще крепких гвоздик. Я поставила цветы в вазу, усадила гостью за стол, положила ей на  тарелку всего понемногу и принялась быстро думать: "Да, она, объективно, красивее меня, но я зато моложе и стройнее. И умнее... Господи, так думают настоящие дуры. Да, но я-то знаю, что я - не дура. Но разве в женщин влюбляются за ум? Опросы показали, что мужчины первым делом обращают внимание на женские ноги, потом на грудь, потом на лицо...  О мыслительных способностях  женщины мужчины вообще не думают. А надо бы подумать, на всякий случай, перед тем, как влюбиться. У Вали, конечно, рост и стать, но она, пожалуй, чересчур высока. О таких говорят "тетя-лошадь". Она даже на инч  выше моего Саньки, но сейчас, после брака Софи Лорен и Карло Понти, Николь Кидман и Тома Круза, а также других подобных любовных историй,  союзы высоких женщин и мелких мужчин в моде. Да, но мой Саня - выше среднего роста... О боже! Какая чушь лезет в голову!"

Я суетилась на кухне, вела светскую беседу с гостями и между делом следила в оба за Валей и Саней. Как они смотрели друг на друга, что говорили. И ничего-ничегошеньки не углядела крамольного. Валя рассказывала гостям о своих былых достижениях в российской киноиндустрии и о зыбких планах на будущее. Поехала она в Америку не за колбасой (дело было в голодном 1991-м году) и не за карьерой. Она прекрасно понимала, что о работе в кино ей, по всей видимости, придется забыть.

- Так что же Вас сподвигло на этот решительный шаг? - вставила я робко, но с долей иронии.

- А ... сын мой уехал учиться в Канаду. И мне захотелось быть поближе к нему. Вот так и оказалась я здесь в Нью-Йорке. Сыночек мой уже навестил меня. - Валя поднесла салфетку к глазам, чтобы подтвердить жестом искренность чувств. Слез не было, но жест сыграл свою роль: мой муж резко вклинился в наш разговор, предложил поговорить о чем-нибудь более веселом и тут же рассказал какой-то старый, весьма бородатый, но до сих пор смешной анекдот. Все засмеялись, и обстановка разрядилась...

"Нет, -  думала я, - они либо очень хорошо умеют скрывать свои чувства, либо между ними исключительно дружеские, служебные отношения".

Потом Саня, как всегда, играл на гитаре и пел свои любимые городские романсы. Он уже изрядно выпил, но пока не перепил и находился в той стадии эйфории, когда ему еще было приятно петь для других, а другим еще было приятно его слушать. Валя  слушала его пение, сидя вполоборота к нему, уставившись в стену. Я не видела выражения ее лица. Потом она вдруг повернулась и бросила на моего мужа откровенно нежный взгляд. Этот взгляд длился всего долю секунды, но мне хватило этой доли, чтобы почувствовать Валину нескрываемую симпатию к Сане. А он продолжал петь свои романсы. "Да ведь он поет для нее. Ну, конечно, для нее!" - грустно подумалось мне.

 В двенадцать ночи гости разошлись, и Саня пошел провожать Валю до ближайшей станции сабвея. Хорошо хоть хватило ума не сесть за руль в таком подпитии.

Так состоялось мое знакомство с таинственной Валей, у которой с моим мужем, возможно, был служебный роман. Возможно... Но не доказано. Не пойман - не вор. "Один ласковый взгляд ничего не значит, - утешала я себя.- У Сани гармоничное сочетание мужественного облика и обаяния, и многие женщины на него клюют. Тут уж ничего не поделаешь. Я ведь когда-то тоже клюнула на этот имидж".

* * *
Саня умел все чинить: от хрупкой ювелирки до компьютера, и наши друзья,
коллеги и просто знакомые пользовались его умением и безотказностью. Естественно, в число просителей попала и вновь прибывшая в Америку, безденежная и "беспомощная" Валя. У Вали сломался телевизор, который она подобрала на улице, и надо было его срочно починить. Саня позвонил мне с работы где-то в девять вечера и сообщил, что он задержится, так как отправляется к Вале чинить телевизор. Возразить что-либо было невозможно и глупо, так как, зная Саню, можно было с уверенностью сказать, что он именно это и собирался сделать. Господи, ну почему так поздно? Неужели нельзя было выбрать для починки Валиной техники другой день или хотя бы время пораньше? Это были мои внутренние вопросы. А Сане я никаких вопросов не задала, просто попросила его позвонить, когда будет выезжать домой. Надо сказать, что Валя жила в Бруклине, если ехать сабвеем - несколько остановок от нас.

Я честно и преданно ждала до двенадцати ночи. Телефон упорно молчал. Починка Валиного телевизора явно затягивалась. Потом вдруг в час ночи звонок.

-  Люся, ты еще не спишь?

-  А как ты думаешь? Как я могу уснуть, если тебя до сих пор нет дома!

- Знаешь, этот чертов телевизор пока еще не заработал. Такая рухлядь! Придется еще какое-то время с ним повозиться. Ты не возражаешь?

И тут меня понесло. Я буквально сорвалась с цепи терпения.

- Я возражаю, даже очень возражаю. Мне завтра... теперь уже сегодня, рано вставать на работу, а я не усну, пока ты не придешь. Будет лучше, если ты останешься ночевать у Вали, а я спокойно(?!) лягу спать, зная, что ты ночью у кого-то в доме, а не в сабвее и не на улице.

Саня оторопел у телефона и только покорно и несмело сказал.

- Хорошо. Как хочешь. - И повесил трубку.

Что я наделала? Я своими руками уложила их в постель. Впрочем, если постель для них  стала обычным ритуалом, какое это теперь имеет значение! Я успокоилась, всплакнула, выпила валерианки и, как ни странно, быстро уснула на мокрой от слез подушке.

На следующий день Саня позвонил мне на работу где-то часов в десять утра. Голос его был глухим и усталым.

- Все, больше не буду нигде ночевать. Только дома. Почему я должен валяться на чужих продавленных диванах? Я не выспался, и у меня трещит голова. Все дела к черту. Приду домой пораньше. Жди, и, если можно, с обедом. Целую!

Бедный Саня! Что же такое произошло между тобой и Валей? Отчего ты не выспался? Секс не удался или, действительно, старый диван намял тебе бока? Что бы там ни было, правды я теперь уже не узнаю. Одно хорошо: в этот вечер Саня рано вернулся с работы, и мы обедали дружной семьей,  посмотрели вместе телевизор, а потом... Потом мы любили друг друга, как в молодости. Саня был со мною "нежным, как облако в штанах",  и страстным, как изголодавшийся по женскому телу подросток. В общем, жизнь полна чудес и неожиданностей. Подставляй только шляпу, и они, чудеса, посыплются  туда, как падучие звезды.

Очень скоро я снова услышала о Вале. Саня сказал, что Вале надоело жить
в Бруклине, далеко от работы и она переезжает в Манхэттeн. Ну, совсем близко к радиоцентру. Буквально за углом. Какие-то люди уехали на год за границу и сдали ей студию. Очень дешево; правда, на первом этаже. Но можно поставить новые крепкие решетки и спать спокойно. Зачем она это делает? Переезжать из тихого Бруклина в безумный Манхэттeн, да еще в квартиру на первом этаже, с моей точки зрения, было чересчур смело и не очень разумно. Но кто я такая (всего лишь жена возможного Bалиного любовника), чтобы давать Вале бесплатные советы? Я просто переварила информацию и ничего не сказала Сане. Хотя, честно говоря, в голове мелькнула подозрительная мысль: "Ну, вот теперь им можно будет во время ланча заняться любовью..." Потом я эту подлую мыслишку старательно замазывала, нет, скорее, забеливала более светлыми предположениями типа "женщина устала каждый день таскаться из Бруклина в Манхэттeн и обратно. Ну, устала она и хочет облегчить себе жизнь. Ведь это же так просто и понятно! И вообще, зачем думать о плохом, если можно об этом совсем не думать?" Но не думать о Вале я не могла. Ее облик  преследовал меня, как  галлюцинация или навязчивое видение. Я буквально сходила с ума и ничего не могла с этим поделать.

Потом я узнала, что Валя благополучно переехала в Манхэттeн и очень счастлива. Саня рассказал, что она в упоении носится по Большому  Нью-Йорку в погоне за сенсационным материалом. Что-то раскапывает, берет интервью у каких-то известных и не очень известных людей, пишет репортажи, словом, успешно работает. "Дай-то бог! Больше работы -  меньше времени для любовных романов", - утешала я себя.

Прошло какое-то время. Стояло жаркое лето. Август месяц. У нас с Саней было много хлопот с новым кондо. Где-то надо было подкрасить, что-то прикупить. О Вале мы с мужем почти не говорили. Да и телефонные намеки ехидных сослуживцев прекратились. Кто уехал отдыхать, кого сморила жара. Не до сплетен было.

* * *

Где-то в конце августа жара немного спала, и нас с Саней пригласили на корпоративную вечеринку в дальнем  Лонг-Айленде. Эту вечеринку устраивал каждый год один из сослуживцев. У него был большой дом с бассейном и садом, которым он весьма гордился. На вечеринку пригласили также и Валю. Валя так и не приобрела машину, поэтому Саня решил, что она поедет с нами. Ну, с нами, так с нами. И мы с утра стали ждать Валю. Я приводила себя в порядок, а Саня потихоньку прикладывался к бутылке и к Валиному приходу был уже в полной кондиции, так что за руль нашего Олдсмобиля пришлось сесть мне. Что ж, мне было не привыкать! Поскольку Саня пребывал в непригодном к вождению машины состоянии довольно часто, крутить баранку было для меня обычным делом, и Саня даже ласкательно-любовно называл меня "мой личный шофер Люсьен".

По дороге на Лонг-Айленд поддатый Саня подремывал на заднем сидении, а Валя всячески развлекала меня историями из криминальной жизни Нью-Йорка, которые ей удалось раскопать.

- А Вы не боитесь влезать во все эти грязные и даже страшные дела? - спросила я.

- Боюсь. Есть такое дело... Но это же моя работа. И она уже начинает меня кормить. Да и, вообще, я женщина азартная, - добавила Валя с полушутливой гордостью.

- Смотрите, будьте осторожны! Вы здесь человек новый. Не знаете неписаных законов здешнего криминального мира. Это вам не Москва, а Нью-Йорк все-таки.

- Эх, Люся! Вы, видно, очень давно оттуда. В Москве сейчас полный беспредел. Ваш Нью-Йорк - просто тихая заводь. Так что у меня есть некоторый печальный опыт в общении со, скажем так, полукриминальными элементами. И, вообще, я каратистка, меня голыми руками не возьмешь.

- Ну-ну. Как знаете, - оборвала я этот щекотливый разговор.

Когда мы приехали на Лонг-Айленд, вечеринка в доме радиожурналиста Н. была уже в полном разгаре. Еды было много, а еще больше выпивки. Гости уже хорошо набрались и того и другого. Все оживленно тусовались. Хозяин в засаленных от BBQ шортах переходил c важным видом от одной группы людей к другой, чтобы удостовериться, что гостям было комфортно и весело. Я вообще-то мало ем, так как берегу фигуру, и принципиально не пью. (Саня с лихвой это делает за нас обоих.) Так что мне было скучновато. Я знала многих гостей, но ни с кем не водила дружбу, поэтому я тихо сидела в углу сада и покорно жевала салат. Валя же, наоборот, была чрезвычайно оживлена. Много ела и пила, беспрерывно щелкала фотокамерой и брала интервью у знаменитого писателя Х., который тоже оказался в числе приглашенных.

Мой Саня, выспавшись в машине и отдохнувши в дороге, принялся рьяно за второй в этот день тур выпивки и почти не закусывал. Он был в благодушнейшем настроении и с гордостью, от которой я впала в крайнее смущение, представил меня знаменитому писателю: "Это моя жена Людмила. Она пишет стихи". Как будто это я была знаменитостью, а не писатель Х. В ответ на мое представление "ко двору" писатель Х. пробормотал что-то не очень вразумительное, так как был тоже под балдой, и, испугавшись, что я завалю и истерзаю его своими стихами, добавил, что, мол, он прозаик и в стихах ничего не смыслит и посоветовал мне обратиться ни больше ни меньше, как к Бродскому. Я вежливо прошептала слова благодарности и пообещала, что непременно последую его совету.

В общем, вечеринка шла своим чередом и, можно сказать, удалась... Потом я заметила, что мой Саня сел мимо стула на землю, как-то сполз и залег в траве. Он лежал на спине, и лицо его выражало невыносимую боль. Я подбежала к нему, спросила:

- Что с тобой? Тебе плохо?

- Болит сердце. Очень сильно. Так никогда раньше не болело. И трудно дышать.

Мобильных телефонов тогда еще не было. Я немедленно побежала в дом вызвать скорую помощь. Когда я вернулась к Сане, около него сидела Валя. Почему-то с микрофоном.

- Вы что, с ума сошли? На черта здесь ваш идиотский микрофон? - не очень вежливо рявкнула я.

- Извините! Это я на всякий случай, - неловко оправдывалась Валя. Но микрофон не убрала и продолжала записывать происходившие события.

"Журналистка хренова. Хочешь записать репортаж на чужих костях? Валяй - записывай! Черт с тобой!"  - подумала я. Мне уже было не до Вали и ее микрофона. Надо было спасать Саню.

Скорая помощь приехала очень скоро. У Сани случился инфаркт. Ему дали кислород, сделали какой-то укол и отправили в местную больницу. Инфаркт, к счастью, был не обширным. Как я сейчас понимаю, он явился предупреждением свыше. Если не хочешь умереть в сорок лет, завязывай с выпивкой, бросай курить и веди здоровый образ жизни. Мой Саня, увы, не прислушался к голосу Господа или разума, но это уже другая история...

Поселившись в Манхэттeне, Валя больше не приезжала в Бруклин. Слухи о ее романе с моим мужем и вовсе прекратились. То ли закончился сам роман (если он был), то ли всем эта "клубничка" изрядно  надоела. Саня какое-то время старался приходить домой вовремя. Лето кончилось. Стоял ранний октябрь, мягкий, теплый. Саня подолгу сидел на балконе и пил чай, растворяя в нем дикое количество сахара.

* * *

Однажды Саня пришел домой снова очень поздно. На нем лица не было.

- Что-нибудь случилось? - осторожно спросила я.

- Валю Крылову убили.

- Как убили? Кто?

- Пока не знаем. Убийца пробрался к ней в квартиру через окно. Она так и не удосужилась поставить на окна крепкие решетки... Из квартиры ничего украдено не было.  (Да в общем-то, у нее и не было особых ценностей.) Магнитофон, золотые кольца, часы - все осталось. Ее убили, нанеся множество ножевых ран. В ее руке обнаружили клок волос убийцы, под ее ногтями следы его кожи. Валя не хотела сдаваться без боя. Она отчаянно боролась... Она знала приемы каратэ...

- Да, она говорила мне про каратэ. Господи, какой кошмар! Я ей сказала тогда
в машине: "Будьте осторожны!" Но она ведь никого не слушала.

Похоронили Валю через две недели. В полиции провели предварительное расследование убийства. В дело вмешалось ФБР. Концов не нашли. Приехал Валин сын из Канады, высокий красивый парень двадцати пяти лет. Горько плакал. Кроме матери у него никого из близких не было.  Валя не оставила ни страховки, ни особых сбережений. Так, пару сотен долларов в банке. На похороны собирали деньги, как говорится, всем миром. Давали, кто сколько мог. Я не знаю, сколько денег дал Саня. Думаю, много. Все же он ее, наверное, любил... Нет! Не любил. Она ему нравилась. Был у них роман или нет, теперь  уже не имело значения.

С тех пор прошло семнадцать лет. Дело об убийстве журналистки Валентины Крыловой до сих пор не раскрыто. Поговаривают, что она сунула свой микрофон куда не надо и за это поплатилась. Такая вот судьба...

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Кругозор в Facebook

Комментарии

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Войдите в систему используя свою учетную запись на сайте:
Email: Пароль:

напомнить пароль

Регистрация
Вы можете авторизироваться при помощи аккаунта Facebook
Политика конфиденциальности
фото

Елена Шапельникова (Израиль)   07.05.2010 07:21

У советского человека советская судьба. Даже если он уезжает в другую страну, все равно продолжает жить так, словно живет там. Я этот рассказ печальный рассказ поняла именно так.

  - 0   - 0
фото

Marina Ayzenberg   10.05.2010 18:54

Very nice - what I liked most was that the story is very subtle. And it is very interesting, because the end is not clear up untill you read the whole numver. Bravo!!!

  - 0   - 0
фото

Лиана (USA)   11.05.2010 00:15

Написано интересно и живо. Выпуклыми получились два характера: Валя и муж героини. Читается легко и как-то быстро прибегаешь к грустному концу, который является совершенно внезапно. Что ж, еще одна нелепая судьба...

  - 0   - 0
фото

Мария Иванова (Сша)   12.05.2010 05:47

А меня этот рассказ оставил равнодушной. Да, написан грамотно, без орфографических и стилистических ошибок. Но что автор хотел сказать этой историей, какой вывод читатель должен сделать из этой бытовой мелодрамы? Так и хочется сказать: ну, и что? Судя по датам и именам, история эта давняя. да и автором давно забытая и нет надобности вынимать хлам from a trash bag where it is supposed to be. Sorry.

  - 0   - 0
фото

sofiya (usa)   14.05.2010 19:34

Very touching story. Read in one breath.

  - 0   - 0
фото

Дима   16.05.2010 22:24

После выхода в свет рассказа “Жуналистка” можно сказать, что Елена Литинская попробывала свои литературные силы уже во всех жанрах, в том числе и детективном. В рассказе есть “версии”, “улики”, и все это - на фоне классического любовного треугольника. Трагическая смерть одной из героинь рассказа только усиливает детективность этой истории. Спасибо за интересный рассказ.

  - 0   - 0
фото

Latasha (ePEiUrpC)   02.01.2012 07:33

Wait, I cannot fahtom it being so straightforward.

  - 0   - 0
фото

Latasha (ePEiUrpC)   02.01.2012 07:34

Wait, I cannot fahtom it being so straightforward.

  - 0   - 0

 

Опрос месяца

Согласны ли вы с мнением, что при президенстве Зеленского нищета в Украине уйдёт в прошлое?

СтасВалерияЖурналBiblio-Globus.USA

БЛОГИ

27 Сентября 2019

Леонид АНЦЕЛОВИЧ Леонид АНЦЕЛОВИЧ:

Ложки не нашлись

После Сочинской олимпиады, гда Россия одержала оглушительную победу, случился невиданный скандал. МОК наказал 39 олимпийцев из России за допинговые нарушения на зимних Играх.

24 Сентября 2019

Виталий Цебрий Виталий Цебрий:

Какие люди "в Голливуде"!

Вряд ли Президент Зеленский, даже если его Зе-команда найдет некие легитимные ухищрения и нарушит дипломатический протокол, сумеет побывать на этой американской «фабрике грез». Ему конечно же, было бы чрезвычайно интересно.

18 Сентября 2019

Григорий Амнуэль Григорий Амнуэль:

Вернуть уважение людям (продолжение )

Лето пролетело. Прошумело. Продемонстрировало Лозунги кандидата в депутаты Мосгордумы, висевшие в конкретном избирательном округе «Вернуть уважение людям» сорвали и отвезли на свалкуию.…

Больше мнений