обычная версиямобильная версия
подписка

независимое международное интернет-издание

Кругозор интернет-журнал
Держись заглавья, Кругозор, всем расширяя кругозор. Наум Коржавин.
июнь '13
НРАВЫ

РОМЕО И ЮЛИЯ

Фельетон

О новом авторе "Кругозора"

Алекс Тарн - израильский русскоязычный писатель, родился в 1955 году в России, в г. Арсеньеве Приморского края. С двухлетнего возраста и до отъезда в 1989 году в Израиль  жил в Ленинграде. Окончил 30-ю физико-математическую школу, затем Институт Точной Механики и Оптики (ЛИТМО) по специальности "Вычислительные машины". В СССР не публиковался. Всерьез начал заниматься литературой лишь в 2003 году. Принадлежит к литературному кругу "Иерусалимского Журнала".

Первый роман Тарна "Протоколы Сионских Мудрецов", вышедший в 2004 году с предисловием Асара Эппеля в московско-иерусалимском издательстве "Гешарим - Мосты Культуры", номинировался на "Русского Букера".

Роман "Пепел" ("Бог не играет в кости") был включен в 2007 году в длинный список литературной премии "Большая Книга", а позднее вошел и в финальную шестерку "Русского Букера - 2007".

Роман "Гиршуни" вошел в десятку лучших романов русскоязычного зарубежья по списку "Русской Премии" за 2008 год.

Роман "Дор" был включен в длинный список "Русской Премии - 2009".

Повесть "Последний Каин" стала лауреатом Литературной премии им. Марка Алданова за 2009 год.

"Повести Йоханана Эйхорна" вошли в длинный список "Русской Премии - 2010".

Помимо прозы, Алекс Тарн занимается поэтическими переводами, является автором нескольких пьес, литературных сценариев, эссе и публицистических статей в израильской русскоязычной периодике.

 

Когда Ромка ворвался в бар, все повскакали с мест и обступили его. Еще бы! Мы не виделись целую вечность. Сразу после универа Ромка уехал в долговременную экспедицию в джунгли Амазонки, где и просидел безвылазно едва ли не двадцать лет. Двадцать лет! Трудно поверить.

- А ты все такой же, чувак, - сказал Арик, когда Ромка наконец уселся за стол. - Ничуть не изменился…

Ну, насчет "ничуть" Арик, понятно, хватанул. Ромкина прическа уже не отличались прежним дикарским буйством, а на лице появились едва заметные морщинки. И все же глаза его светились прежним мечтательным блеском, а на губах играла все та же веселая улыбка двадцатилетней давности.

- Да и вы тоже… - не слишком уверенно начал Ромка, но прервался на полуслове, остановленный нашими печальными взглядами.

- Ерунда, чуваки, - неловко продолжил он. - В Амазонии просто климат другой, здоровый.

- Шш-ш! - прошипел я. - Полиция!

Все резко опустили головы и уставились глазами в пол. Но у меня не было такой привилегии: сегодня именно я отвечал за общую безопасность. Конечно, только самоубийца осмелился бы смотреть на полицейскую, поэтому я наблюдал за ней украдкой, через несколько стенных зеркал. Благо зеркал здесь хватало: мы ведь специально выбрали для своих встреч именно этот бар и именно этот столик.

Здоровенная деваха в форме полиции нравов медленно обходила зал, поочередно впиваясь пронизывающим взором в каждого посетителя. Ее пухлые губы презрительно подрагивали. В воцарившейся тишине было слышно, как цокают по полу шестидюймовые полицейские шпильки. Слава Богу, все тут вовремя обратили внимание на ее приближение, и никто не поднимал глаз. Никто? Боковым зрением я обнаружил, что Ромка, открыв рот, уставился на девицу. "Боже, - мелькнуло у меня в голове, - он ведь еще не в курсе!" В ужасе я метнулся к другу, схватил его за плечи и прижал к себе.

Судя по стуку каблучков, она остановилась точно за моей спиной. Зажмурившись и прижав к груди ромкину голову, я ждал продолжения.

- Проблемы? - нараспев с хрипотцой произнесла полицейская.

- Нет-нет, что вы, - пробормотал я, не разжимая век. - Мы геи, вот и обнимаемся. Геи мы. Геи. И ничем таким не интересуемся.

- Ничем таким? - переспросила она. - Таким каким?

- Никаким! - поспешно отвечал я. - Никаким вообще. Геи мы. Геи.

- Ладно, хрен с вами, - презрительно процедила полицейская. - Геи… Времени на вас жалко, а то бы…

Я отпустил Ромку лишь тогда, когда она вышла из бара.

- Что это было? - выдавил он, оправившись от изумления.

- Тебе еще не рассказали? - покачал головой Арик. - Нонеча, чувак, не то что давеча. Ты нас всех едва не подвел под монастырь. По незнанию, но это дела не меняет. Поосторожней надо, Роман, поосторожней.

- А что такое? И почему она так странно одета? Прозрачный бюстгальтер, сиськи наружу, миниюбка, сапоги на шпильках… по-моему, она даже была без трусов!

- Тише! - прошептал я, оглядываясь. - Тут одни мужики, но есть шпионы и среди своих. Не дай Бог, кто-нибудь услышит…

- Нормально одета, - ответил за всех Арик. - Обычная форма полиции нравов. Ихний спецназ вообще голышом ходит.

- Но зачем? - выкатил глаза Ромка.

- Как это зачем? - ответно удивился Арик. - Понятно зачем. Любой взгляд на такую деваху трактуется как сексуальное домогательство. А это по новому закону пятнадцать лет тюрьмы.

- За взгляд?

- За взгляд, - кивнул я. - Теперь ты понимаешь, что нам угрожало? Ты смотрел на нее во все глаза, да еще и пасть раскрыл. А нас тут за столиком четверо. Это уже тянет на групповое изнасилование.

- Расстрел на месте, без суда, - подтвердил Арик.

- Но ведь другие не смотрели… - растерянно пробормотал Ромка.

- Значит, групповое изнасилование в особо циничной форме, - усмехнулся Арик.

За столиком воцарилось молчание. Никому не хотелось мешать Ромке переваривать услышанное.

- Неужели тебя никто не посвятил? - спросил я. - Странно, что ты еще не в каталажке…

- Я приехал сюда прямо из аэропорта, - все так же растерянно пояснил Ромка. - Никого не видел, кроме таксиста.

- Тогда понятно, - кивнул Арик. - Если коротко, то ситуация такова. По новому законодательству любой контакт мужчины с особой женского пола расценивается как сексуальное нападение разной степени тяжести. Любой, включая зрительный. Оглянись вокруг: ты видишь тут хотя бы одну женщину? Нет, одни мужики. А почему? А потому, что бар объявлен гейским. Сейчас безопасно появляться только в таких местах.

- Ага, - понимающе посмотрел на меня Ромка. - Поэтому ты и сказал ей, что мы геи… Мужики, но как-то это странно… Что же вы теперь, совсем без женщин?

- Жить-то хочется, - вздохнул Арик. - Приходится справляться.

- А как же дети?

Я в ужасе замахал руками:

- Ты что, с ума сошел? Одно лишь произнесение этого слова нынче квалифицируется как педофилия!

- Публичная кастрация с последующим четвертованием, - уныло проговорил Арик, знаток законов.

- Да-а… - протянул Ромка. - Только я вот чего не понимаю: неужели все женщины согласны с таким положением вещей? Насколько мне помнится, двадцать лет назад им нравилось, когда на них смотрят. Когда за ними ухаживают. Когда их любят, черт побери!

- Шш-ш, тише, сколько раз говорить? - прикрикнул на него я. - Конечно, не все согласны, но кто их спрашивает? Если женщина не подает жалобу сама, находятся другие доброхоты. Тогда карают обоих: женщину за предательство идеалов феминизма, а мужика за…

- …за то, что он мужик, - закончил за меня Арик. - Да еще и свидетелей притягивают - за недоносительство.

- Да-а-а… - потрясенно протянул Ромка.

Мы снова помолчали. Официант принес пива.

- Есть и другие перемены, помельче, - сказал Арик, откидываясь на спинку стула. - Например, в словаре. Многие термины запрещены к употреблению как проявления мужского шовинизма. Например, "человек", "председатель", "министр", "бог"…

- Бог? - удивленно переспросил Ромка. - Почему?

- Насчет "человека" он не удивился, - хмыкнул я. - Что характерно…

- Потому что женский род "богиня" образован от мужского "бог", что является шовинизмом и домогательством, - пояснил Арик, снисходительно улыбаясь. - Теперь бывший "бог" именуется "ваг" и образован от слова женского рода - "вагиня", которое, в свою очередь...

- Понятно, хватит, - сдавленно выговорил Ромка.

Я хлопнул его по плечу:

- Да не расстраивайся, дружище! Без бабов жить куда проще и в чем-то даже безопасней. Есть еще футбол, книжки… правда, большая часть литературы изъята из обращения, но выручает самиздат.

Ромка посмотрел на часы.

- Мне пора. Мы встречаемся с Юлькой. Тут, недалеко, в скверике… - он покачал головой. - Теперь я понимаю, почему она отказалась прийти в этот бар.

Мы переглянулись. Юлька была университетской любовью Ромки; двадцать лет назад их так и называли: "Ромео и Юлия". Но потом он уехал в свою экспедицию…

- Она ведь так и не вышла замуж? - осторожно спросил Арик.

- Нет, - сказал Ромка, вставая. - Но мы переписывались все это время. Собственно, я за ней и приехал.

Арик вздохнул.

- Лучше бы она приехала к тебе на Амазонку. А впрочем, чему бывать, того не миновать… Удачи, дружище!

Ромка кивнул, пожал нам руки и вышел из бара.

- Почему ты не остановил его? - спросил я после долгой паузы.

Арик пожал плечами:

- А ты? Почему его не остановил ты?

Я не успел ответить: с улицы послышался шум, природа которого, была нам, к сожалению, хорошо известна. Очередной линч. Мы с Ариком подбежали к окну. Так и есть: толпа феминисток и полицейских волокла по мостовой наших Ромео и Юлию. Их уже успели вывалять в смоле и в перьях и теперь тащили на площадь, к позорным столбам.

- Чему быть, того не миновать… - повторил я слова Арика.

- Пошли, допьем и возьмем по новой, - предложил он. - Скоро футбол по ящику.

Мы вернулись к столу, где сидел наш третий друг Ной, за все это время не проронивший ни слова.

- С меня, пожалуй, хватит, - сказал он, поднимаясь с места. - Пойду домой. Хочу сегодня закончить еще одну переборку.

- Сделай ее покрепче, - улыбнулся Арик. - Чтобы волки овец не сожрали.

Ной серьезно кивнул. Он вот уже несколько лет был вплотную занят строительством ковчега. Ной полагал, что Ваг… вернее, Бог вот-вот решит, что пора начинать все сначала.
_______________________
Фото http://driversmedia.ru/driving/driving_45.html

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Кругозор в Facebook

Комментарии

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Войдите в систему используя свою учетную запись на сайте:
Email: Пароль:

напомнить пароль

Регистрация
Вы можете авторизироваться при помощи аккаунта Facebook
фото

Rachel Gedrich (NYC)   03.06.2013 22:30

Питерский литератор, пустивший прочные корни в Самарии, великолепный публицист-аналитик, прозаик, поэт и переводчик Алекс Тарн читаем и любим на всех континентах. К его авторитетному мнению прислушиваются читатели. Мазл тов, г-н Болясный - Вам таки повезло;)
  - 0   - 0

КОММЕНТАРИЙ ЧИТАТЕЛЯ

В Украине хватит убивать!

В Украине хватит убивать!

 

Опрос месяца

Как вы относитесь к личности нового - шестого - президента Украины Владимира Зеленского?

СтасВалерияЖурналBiblio-Globus.USA

БЛОГИ

20 Мая 2019

Мустафа ЭДИЛЬБИЕВ Мустафа ЭДИЛЬБИЕВ:

НЕПРОТИВЛЕНИЕ ЗЛУ НАСИЛИЕМ

Хвалённый всеми «поборниками» демократии, прав и свобод пресловутые Ельцин и ельцинский период можно смело сравнить с постверсальским периодом Адольфа Гитлера, который ознаменовался укреплением фашистского режима в Германии и подготовкой ко второй мировой войне Именно при Ельцине всё ещё находившиеся в полулегальном положении чекисты начали подготовку к своей сегодняшней легализации. Русский неофашизм бросил свой первый вызов цивилизованному мировому сообществу после крушения сталинской империи зла при Ельцине. Забегая вперёд, можно уверенно сказать, что коммендация власти Ельциным именно подполковнику КГБ Путину, а никому другому, тоже было не спонтанным или случайным явлением, а закономерным процессом укрепления ФСБ-фашизма в России.…

19 Мая 2019

Яков ФРЕЙДИН Яков ФРЕЙДИН:

Степени Отдаления

Занимательные заметки о встречах, которых не было, со знаменитыми людьми, которые были.

16 Мая 2019

Виталий Цебрий Виталий Цебрий:

Украина затаила дыхание. Час "Х"! Доживем до понедельника?

Украинцы дыхание уже "затаивали" за последние недели многократно. То выборы, то дебаты... Наконец вот с инаугурацией определилось: понедельник 20 мая...

Больше мнений