независимое международное интернет-издание

Кругозор интернет-журнал
Держись заглавья, Кругозор, всем расширяя кругозор. Наум Коржавин.
22 Апреля 2020

Ленин. 150 лет спустя

Вспомнился старый анекдот.

Принимают советского мужика в КПСС. Проверяют преданность идеям. Спрашивают:

 

– Если партия скажет бросить пить?

– Брошу, – отвечает мужик.
– Если партия скажет бросить курить?
– Брошу, – отвечает мужик.
– Если партия скажет бросить гулять с женщинами?
– Брошу, – отвечает мужик.
– Хорошо. Тогда последний вопрос. А, если партия скажет жизнь отдать?
– Конечно, отдам, – не задумавшись ни на секунду отвечает мужик.

– Вот так вот сразу отвечаете?
– А на фига нужна такая жизнь?!

Ленину – 150. Представляю, как торжественно отмечали бы этот день, если бы до сих пор жив был Советский Союз. Сколько лилось бы рек громких речей и напыщенных докладов, сколько воздвигли бы горных массивов пропагандистской литературы, сколько стекало бы водопадов бодрых рассуждений о всемирно-историческом значении Ильича и Октября, сколько сверкало бы молний о загнивающем Западе, тлетворном влиянии на мир империализма, как разрывали бы на себе рубахи доярки и партийные деятели, искренне или натужно клянясь в верности делу построения социализма и коммунизма. Сколько нынешних видных демократов и антикоммунистов среди политических деятелей постсоветских просторов нашли бы мы на крупных постах в КПСС, советской номенклатуре. Как ожесточенно преследовали бы редких диссидентов, посмевших «идти не в ногу» и думать не так, как полагается.  

Зло нужно изучать

Конечно, Ленин – это зло. Большое зло. Нет смысла много распространяться на эту тему. На Западе об этом говорится уже больше 100 лет подряд, на территории бывшего СССР –  уже около 30 лет. Кто захотел и смог услышать – тот услышал.

Хотя не стоит и односторонне, искусственно выдергивать его из контекста той эпохи  войн, колоний и линчевания черных, из канвы особенностей развития Российской империи. Не нужно отстраненно смотреть на него с вершины 21 века. Если в СССР Ленина обожествляли, то ныне многие постсоветские авторы навешивают на него и соратников «всех собак» без разбору. Причем часть из них в свое время пели Ленину осанну, а теперь тривиально поменяли знаки с «плюса» на «минус». Такая себе «ответка» за прежний канонический советский образ. Некоторые, скажем, изображают его немецким шпионом. Но это просто смешное измельчение масштаба личности, его подлинных стремлений. Меньше всего его заботили интересы правительств кайзеровской Германии или еще каких-либо стран. У него была своя цельная жизненная линия. Захват власти в России, мировая революция, мессианские идеи переустройства человечества – вот что его волновало.

В то же время немало и «верных ленинцев», кто упрямо продолжает придерживаться ортодоксально прокоммунистических или немного модифицированных подходов к лениниане. Кто подбирает нужные факты и в упор не замечает, отбрасывает все мешающее. Некоторые исследования западных историков и философов (в частности, американских) заметно более глубоки и научны, чем многие труды постсоветских спецов. Хотя встречаются, конечно, серьезные работы и на постсоветском пространстве.

Помните этот бородатый анекдот о том, что человек при приеме в КПСС знать не знает, кто такие Маркс, Энгельс, Ленин и говорит задающему вопрос: «у тебя своя компания, у меня – своя»? Во времена «развитого социализма» это было не более, чем шуткой. Такое едва ли возможно себе представить даже где-нибудь в глухих селениях, аулах. Теперь же в бывших советских республиках иные молодые люди уже действительно толком и не ведают кто такой этот Ленин. А кто-то уже путает его с Джоном Ленноном.

Но каким бы ни был большевистский вождь – это наша история. Нравится это кому-то или нет – это одна из крупнейших исторических фигур 20 столетия, заметно повлиявшая своим негативным примером на его развитие. Он показал зарубежным правительствам, «как не надо» и «что будет, если…». И, кстати, на мой взгляд, политически он гораздо более интересный персонаж, чем, скажем, легко читаемые в своих мелких побуждениях Сталин или Путин. «Мощный, но циничный интеллект» – по выражению известного историка Дмитрия Волкогонова. Ленин рано ушел со сцены, а с историческо-познавательной точки зрения было бы интересно проследить за его дальнейшими политическими маршрутами и метаморфозами. А хуже, чем «при Сталине» все равно бы уже не было.

Деятельность Ленина нужно тщательно изучать, как и иных крупных политиков. Но не подменять историю политикой, а научные подходы эмоциями и обывательскими разговорами. В истории нужно сохранить реального Ленина, его «археологические наслоения», а не позднейшие доработки, искажения в одну или другую сторону. 

Большевизм не вернется

Красная угроза осталась в прошлом, отошла в историю. Большевизм больше никогда не вернется. Он давно проиграл глобальный исторический баттл либеральной западной демократии – далеко не идеальной, но наилучшей из существующих на планете форм общественного устройства. Ни одна социалистическая страна в мире не стала страной с высоким уровнем жизни. Приказал долго жить Союз, исчезли его сателлиты в Европе. Номинально красный Китай под псевдонимом «китайская специфика» давно занялся во многом капиталистической экономикой. Да и китайская Компартия уже не напоминает КПК времен Мао Дзэдуна. Вынужден был прибегнуть к рыночным реформам бедно живущий Вьетнам. Медленно, но верно меняется в последние годы даже такой столп «коммунистической свободы», как Куба.

Использование коммунистов

Давно потеряли реальную силу коммунисты в Украине и России. А правящие элиты двух стран используют «коммунистический вопрос» в своих интересах. Каждая – по-своему. Для путинизма советский строй – близкий родственник. Он вырос из него, многому плохому у него научился. Российская власть заигрывает с прокоммунистическим «совковым» сознанием части населения. На своих местах большинство советских памятников. По-прежнему возвышается на Красной площади мавзолей с саркофагом «вождя пролетариата». С конца 1980-х спорят о перезахоронении Ленина. Но вынос тела – постоянно не ко времени. Залежался. Но полагаю, это явно последний век, когда Ленин пребывает в мавзолее. Вынесут, как вынесли в свое время Сталина. Как вынесли в прошлом году в Испании из мавзолея в Долине Павших останки каудильо Франсиско Франко. Тоже после десятилетий споров.

КПРФ заседает в Госдуме, создается видимость многопартийной системы, президентских выборов. Фактически же «партия трудящихся» превращена в фикцию, в кукольный театр, пляшущий под дудку московского царя. Никакие конкуренты Путину, естественно, не нужны. Послушная говорящая кукла по имени Зюганов сотоварищи помогли российской власти добить, уничтожить Компартию. Ленин и Троцкий элементарно поставили бы «к стенке» нынешних уютно устроившихся лидеров КПРФ «за предательство интересов рабочего класса».  

Украина пошла другим путем. Власть периода Петра Порошенко активно заигрывала с антикоммунистическим электоратом. КПУ под запретом, декоммунизация в ее разумных проявлениях – это правильное решение. Но для правящей верхушки это было лишь прикрытие фиговым листком грабежа народа, коррупции, отвлечение внимания общества.

Фукуяма поторопился

Сегодня в мире остались лишь отдельные псевдостройки коммунизма вроде такого явного анахронизма как де-факто монархическая Северная Корея, вызывающая лишь смех, слезы и любопытство в мире. Особенно на фоне ушедшей далеко вперед Южной Кореи. Но даже в КНДР в последние десятилетия проходят заметные частнопредпринимательские телодвижения.  

Постепенно вся планета освободится от выгоревших, не оправдавших себя идей. Останутся разве что лишь отдельные экзотические маргинальные прокоммунистические группки.   

Однако американский политолог Фрэнсис Фукуяма слишком поспешно (еще в 1989 году)  объявил о триумфе Запада, о «конце истории»: «То, чему мы, вероятно, свидетели… конец истории как таковой, завершение идеологической эволюции человечества и универсализации западной либеральной демократии как окончательной формы правления». Читали эту его знаменитую и довольно противоречивую статью?

Но все оказалось сложнее. Если говорить об итоговой победе либерализма, которая когда-то настанет, то Фукуяма, естественно, прав. Но это было многим понятно и задолго до его работ. Если же говорить о виктории в обозримом будущем – а именно так в основном в мире и восприняли его выводы – то придется подождать. Оказалось, что мало победить коммунизм (собственно, и сам американский ученый в дальнейшем уточнял, развивал, частично корректировал свою позицию).

Внешние и внутренние угрозы для западной демократии, для стран, которые ходят идти по либеральной дороге, остаются. И в их первых рядах путинская клептократия, прикрывающаяся воинственным имперством, и радикальный ислам (ИГИЛ и прочие модификации). Они проиграют, но это будет позже. Борьба еще предстоит.   

 

 

 

 

 

Комментарии

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Войдите в систему используя свою учетную запись на сайте:
Email: Пароль:

напомнить пароль

Регистрация
Вы можете авторизироваться при помощи аккаунта Facebook
Политика конфиденциальности
фото

Дмитрий Воробьевский (Россия)   03.05.2020 15:44

Здравствуйте! Спасибо за эту публикацию! В основном, я согласен с её содержанием. Однако, всё-таки значительно больше, чем "30 лет", говорится "на территории бывшего СССР" о том, что "Ле­нин – это зло. Боль­шое зло".
Можно вспомнить и "Архипелаг ГУЛАГ" Солженицына, и очень многое другое. Например, это -- https://royallib.com/read/erofeev_venedikt/moya_malenkaya_leniniana.html#0 :

"Венедикт Ерофеев
МОЯ МАЛЕНЬКАЯ ЛЕНИНИАНА
Для начала – два вполне пристойных дамских эпиграфа:
Надежда Крупская – Марии Ильиничне Ульяновой:
«Все же мне жалко, что я не мужчина, я бы в десять раз больше шлялась» (1899).
Инесса Арманд (1907):
«Меня хотели послать еще на 100 верст к северу, в деревню Койду. Но во-первых, там совсем нет политиков, а во-вторых, там, говорят, вся деревня заражена сифилисом, а мне это не очень улыбается».
Впрочем, можно следом пустить еще два дамских эпиграфа, но только уже не вполне пристойных:
Галина Серебрякова о ночах Карла Маркса и Женни фон Вестфален:
"Окружив его заботой, Женни терпеливо писала под диктовку Карла. А Карл с сыновней доверчивостью отдавал ей свои мысли. Это были счастливые минуты полного единения. Случалось, до рассвета они работали вместе. Но только люди, жившие за стеной, жаловались на то, что у них ночами «не прекращаются разговоры и скрип ломких перьев» (в серии ЖЗЛ).
Инесса Арманд – Кларе Цеткин:
«Сегодня я сама выстирала свои жабо и кружевные воротнички. Вы будете бранить меня за мое легкомыслие, но прачки так портят, а у меня красивые кружева, которые я не хотела бы видеть изорванными. Я все это выстирала сегодня утром, а теперь мне надо их гладить. Ах, счастливый друг, я уверена, что Вы никогда не занимаетесь хозяйством, и даже подозреваю, что Вы не умеете гладить. А скажите откровенно, Клара, умеете Вы гладить? Будьте чистосердечны, и в вашем следующем письме признайтесь, что Вы совсем не умеете гладить!» (январь 1915).
Ну а теперь к делу. То есть к выбранным местам из частной и деловой переписки Ильича с того времени, как он научился писать, и до того (1922) времени, как он писать разучился.
В 1895 году он еще гуляет по Тиргартену, купается в Шпрее. Посетив Францию, сообщает: «Париж – город громадный, изрядно раскинутый».
Но уже в 96-ом году Ильич помещен на всякий случай в дом предварительного заключения в Санкт-Петербурге:
«Литературные занятия заключенным разрешаются. Я нарочно справлялся об этом у прокурора. Он же подтвердил мне, что ограничений в числе пропускаемых книг нет».
Оттуда же он пишет сестрице:
"Получил вчера припасы от тебя, (…) много снеди (…) чаем, например, я мог бы с успехом открыть торговлю, но думаю, что не разрешили бы, потому что при конкуренции с местной лавочкой победа осталась бы несомненно за мной.
Все необходимое у меня здесь имеется, и даже сверх необходимого. Свою минеральную воду я получаю и здесь: мне приносят ее из аптеки в тот же день, как закажу".
Одна только просьба:
«Хорошо бы получить стоящую у меня в ящике платяного шкафа овальную коробку с клистирной трубкой» (1896).
А дальше, разумеется, Шушенское.
«В Сибири вообще в деревне очень и очень трудно найти прислугу, а летом просто невозможно» (1897).
"Я еще в Красноярске стал сочинять стихи:
В Шуше, у подножия Саяна… но дальше первого стиха ничего, к сожалению, не сочинил".
Младший братец его, Дмитрий Ульянов, тоже угодил в тюрьму, и вот какие советы из Шушенского дает ему старший брат:
«А Митя? Во-первых, соблюдает ли он диету в тюрьме? Поди, нет. А там, по-моему, это необходимо. А во-вторых, занимается ли он гимнастикой? Тоже, вероятно, нет. Тоже необходимо. Я по крайней мере по своему опыту знаю и скажу, что с большим удовольствием и пользой занимался на сон грядущий гимнастикой. Разомнешься, бывало, так, что согреешься даже. Могу порекомендовать ему и довольно удобный гимнастический прием (хотя и смехотворный) – 50 земных поклонов» (1898).
И, сверх того, ожидание невесты Надежды Константиновны и будущей тещи Елизаветы Васильевны. Наконец приезжают. Вот как он сообщает об этом приезде своей матушке:
«Я нашел, что Надежда Конс-на выглядит неудовлетворительно. Про меня же Елизавета Васильевна сказала: „Эк Вас разнесло!“ – отзыв, как видишь, такой, что лучше и не надо» (1898).
«Мы с Надей начали купаться».
А когда закончились купальные сезоны – «катаюсь на коньках с превеликим усердием и пристрастил к этому Надю» (1898).
Европа после Шушенского, само собой, дерьмо собачье.
«Глупый народ – чехи и немчура» (Мюнхен, 1900).
«Мы уже несколько дней торчим в этой проклятой Женеве. Гнусная дыра, но ничего не поделаешь» (1908).
«Париж – дыра скверная» (1910).
Блистательные сентенции вроде: «Я вовсе не нахожу ничего смешного в заигрывании с религией, но нахожу много мерзкого» (1909).
«Мы все ездим с Надей на велосипедах кататься» (1909).
«Ехал я из Жювизи, и автомобиль раздавил мой велосипед (я успел соскочить). Публика помогла мне записать номер, дала свидетелей. Я узнал владельца автомобиля (виконт, черт его дери) и теперь сужусь с ним через адвоката. (…) Надеюсь выиграть». (Париж, 1910).
«Погода стоит такая хорошая, что я надеюсь снова взяться за велосипед, благо процесс я выиграл и скоро должен получить деньги с хозяина автомобиля» (Париж, 1910). «Я не верю, что будет война» (Краков, 1912). «А насчет женского органа пусть напишет Надежда Константиновна» (Краков, 1914).
И драгоценные добавления в письмах Надежды Константиновны:
«Новый год мы встречали вдвоем с Володей, сидючи над тарелками с простоквашей» (январь 1914).
«Собираемся взять прислугу, чтобы не было большой возни с хозяйством и можно было бы уходить на далекие прогулки» (Краков, 1914).
«Сегодня Володя ездил на велосипеде довольно далеко, только шина у него лопнула» (Краков, лето 1914).
О своем друге Максиме Горьком Ильич помнит неизменно:
«Горький изнервничался и раскис» (1910).
«Горький всегда был архибесхарактерным человеком».
Или:
«Бедняга Горький! Как жаль, что он осрамился!»
И несколько позднее:
«И это Горький! О, теленок!»
Однако началась война. Бегство из Кракова. И, «сидючи» в нейтральной Швейцарии, тов. Шляпникову:
«Лозунг мира – это обывательский, поповский лозунг» (17 октября 1914 года).
А милой Инессе Арманд:
«… Даже мимолетная связь и страсть поэтичнее, чем поцелуи без любви пошлых и пошленьких супругов». Так Вы пишете. И так собираетесь писать в брошюре.
Логично ли противопоставление? Поцелуи без любви у пошлых супругов грязны. Согласен. Им надо противопоставить…что?… Казалось бы, поцелуи с любовью? А Вы противопоставляете «мимолетную» (почему мимолетную) «страсть» (почему не любовь?). Выходит, по логике, будто поцелуи без любви (мимолетные) противопоставляются поцелуям без любви супружеским".
Странно. Не лучше ли противопоставить мещански-интеллигентски-крестьянский брак без любви пролетарскому браку с любовью" (24 января 1915).
И ей же:
«Требование „свободы любви“ советую вовсе выкинуть. Это выходит действительно не пролетарское, а буржуазное требование. Дело не в том, что Вы хотите субьективно понимать под этим. Дело в обьективной логике классовых отношений в делах любви» (17 января 1915).
И опять ей:
«Если уж непременно хотите, то мимолетная связь = страсть может быть и грязная, может быть и чистая» (24 января 1915). «У нас опять дожди. Надеюсь, небесная канцелярия выльет всю лишнюю воду к Вашему приезду, и тогда будет хорошая погода» (4 июня 1915). «Крепко, крепко жму руку, мой дорогой друг».
И необходимость постоянно печатать свои очередные брошюры с очередными тезисами. Спустя два с лишним года, уже будучи вождем большевисткого правительства, он будет давать такие распоряжения: «Реквизировать 30 000 ведер вина и спирта в винных складах. Есть ли бумажка от Военно-Революционного Комитета, чтобы спирт и вино не выливалось, а ТОТЧАС же были проданы в Скандинавию? Написать ее тотчас» (9 ноября 1917). А пока он не вождь, тов. Карпинскому:
«Дорогой товарищ! Мы ужасно обеспокоены отсутствием от Вас вестей и корректур (моей брошюры). Неужели наборщик опять запил?» (20 февраля 1915).
Тов Зиновьеву:
«Не помните ли фамилию Кобы? Привет, Ульянов». (3 августа 1915).
Тов. Карпинскому:
«Большая просьба: узнайте фамилию Кобы» (9 ноября 1915).
Все. Февральский переворот в России. Ленин:
«Нервы взвинчены сугубо нужно скакать, скакать».
«Мы боимся, что выехать из проклятой Швейцарии не скоро удастся».
«Нужен отдельный вагон для революционеров».
«Я могу одеть парик».
«Хорошо бы попробовать у немцев пропуска – вагон до Копенгагена».
«Почему бы и нет? Я не могу этого сделать. А Трояновский и Рубакин и К – могут. О, если бы я мог научить эту сволочь!» (март 1917).
Инессе Арманд:
«Вы скажете, может быть, что немцы не дадут нам вагона. Давайте пари держать, что дадут».
«Нет ли в Женеве дураков для этой цели?» (19 марта 1917).
«Германское правительство лояльно охраняло экстерриториальность нашего вагона. Привет, Ульянов!» (14 апреля 1917).
В письмах послезалповских, послеавроровских – нет ничего триумфального. Напротив того: «Республика в опасности». Необходимы срочные меры. Например, такие:
«Нужно запретить Антонову называть себя Антоновым-Овсеенко. Он должен называться просто тов. Овсеенко» (14 марта 1918).
«Аресты, которые должны быть произведены по указанию тов. Петерса, имеют исключительно большую важность и должны быть произведены с большой энергией».
Тов. Зиновьеву в Петроград:
"Тов. Зиновьев! Только сегодня мы узнали в ЦК, что в Питере рабочие хотят ответить на убийство Володарского массовым террором и что Вы их удержали. Протестую решительно! Мы компрометируем себя: грозим даже в резолюциях Совдепа массовым террором, а когда до дела, тормозим революционную инициативу масс, вполне правильную.
Это не-воз-мож-но! Надо поощрить энергию и массовидность террора!" (26 ноября 1918 ).
Тов. Сталину в Царицын:
«Будьте беспощадны против левых эсеров и извещайте чаще».
«Повсюду надо подавить беспощадно этих жалких и истеричных авантюристов» (7 июля 1918).
Тов. Сокольникову:
«Я боюсь, что Вы ошибаетесь, не применив строгости. Но если Вы абсолютно уверены, что нет сил для свирепой и беспощадной расправы, то телеграфируйте» (24 сентября 1918).
В Пензенский губисполком:
«Необходимо произвести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев. Сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города. Телеграфируйте об исполнении». (9 августа 1918).
Тов Федорову, председателю Нижегородского губисполкома:
«В Нижнем явно готовится белогвардейское восстание. Надо напрячь все силы, навести тотчас массовый террор, расстрелять и вывезти сотни проституток, спаивающих солдат, бывших офицеров и т.п. Ни минуты промедления» (9 августа 1918 ).
Не совсем понятно, кого же убивать. Проституток, спаивающих солдат и бывших офицеров? Или проституток, спаивающих солдат, а уже от «… будьте образцово – беспощадны».
Тов Шляпникову, в Астрахань:
«Налягте изо всех сил, чтобы поймать и расстрелять астраханских взяточников и спекулянтов. С этой сволочью надо расправиться так, чтобы на все годы запомнили» (12 декабря 1918).
Телеграмма в Саратов, тов. Пайкесу:
«Расстреливать, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты» (22 августа 1918).
Тов. Сталину в Петроград:
"Вся обстановка белогвардейского наступления на Петроград заставляет предположить наличность в нашем тылу, а может быть и на самом фронте, организованного предательства. Только этим можно объяснить нападение /Юденича/ со сравнительно незначительными силами, стремительное продвижение вперед.
>
Просьба обратить усиленное внимание на это обстоятельство, принять экстренные меры для раскрытия заговоров" (27 мая 1919).
«Предупреждаю, за это председателей губисполкомов буду арестовывать и добиваться расстрела их» (20 мая 1919).
Тов. Зиновьеву:
«Вы меня зарезали!» (7 августа 1919).
В отдел топлива Московского Совдепа:
"Дорогие товарищи. Можно и должно мобилизовать московское население поголовно и на руках вытащить из леса достаточное количество дров (по кубу, скажем, на взрослого мужчину).
Если не будут приняты героические меры, я лично буду проводить в Совете Обороны и в ЦК не только аресты всех ответственных лиц, но и расстрелы. Нетерпимы бездеятельность и халатность.
С коммунистическим приветом, Ленин" (18 июня 1920 ).
В Президиум Московского Совета рабочих и красноармейских депутатов:
"Дорогие товарищи! Вынужден по совести сказать, что ваше постановление так политически безграмотно и так глупо, что вызывает тошноту. Так поступают только капризные барышни и глупенькие русские интеллигенты.
Простите за откровенное выражение своего мнения и примите коммунистический привет от надеющегося, что вас проучат тюрьмой за бездействие" (12 октября 1918 ).
Глебу Кржижановскому:
«Мобилизовать всех без изъятия инженеров, электротехников, всех кончивших физико-матем. факультеты и пр. Обязанность: в неделю не менее 2-х лекций. Обучить не менее 10-и (50-и) человек электричеству. Исполнить – премия. А не исполнить – тюрьма.» (декабрь 1920 ).
Тов Чичерину:
«Пусть Сталин поговорит начистоту с турецкой делегацией».
Получает донос на врачей, комиссующих раненых красных солдат, когда те еще «вполне способны воевать»:
«… организовать тайный надзор и слежку за поведением этих врачей, чтобы изобличить их, собрав свидетелей и документы, а потом предать суду» (20 ноября 1918).
В ответ на жалобу М.Ф. Андреевой относительно арестов интеллигенции:
«Нельзя не арестовывать, для предупреждения заговоров, всей этой околокадетской публики. Прступно не арестовывать ее. Лучше, чтобы десятки и сотни интеллигентов посидели деньки и недельки. Ей-ей, лучше» (18 сентября 1919).
Максиму Горькому о том же:
«Короленко ведь почти меньшевик. Жалкий мещанин, плененный буржуазными предрассудками. Нет, таким „талантам“ на грех посидеть недельки в тюрьме». «Интеллектуальные силы рабочих и крестьян растут и крепнут в борьбе за свержение буржуазии и ее пособников, интеллигентиков, лакеев капитала, мнящих себя мозгом нации. На деле это не мозг, а говно» (15 сентября 1919).
Тов Крестьянскому:
«Брошюра напечатана на слишком роскошной бумаге. По-моему надо отдать за эту трату роскошной бумаги и типографских средств под суд, прогнать со службы и арестовать кого следует» (2 сентября 1920).
«Неумный человек или саботажник редактировал ее?»
Тов. Сталину в Харьков:
«Пригрозите расстрелом этому неряхе, который, заведуя связью, не умеет и добиться полной исправности телефонной связи со мной» (16 февраля 1920).
Тов Каменеву:
"По-моему нужен секретный циркуляр против клеветников, бросающих клеветнические обвинения под видом «критики» (5 марта 1921).
Смольный, Зиновьеву:
"Знаменитый физиолог Павлов просится за границу. Отпустить за границу Павлова вряд ли рационально, так как и раньше он высказывался в том смысле, что, будучи правдивым человеком, не сможет, в случае возникновения соответсвенных разговоров, не высказаться против советской власти и коммунизма в России.
Ввиду этого желательно было бы, в виде исключения, предоставить ему сверхнормативный паек" (25 июня 1920).
Каменеву и Сталину:
«Опасность, что с сибирскими крестьянями мы не сумеем поладить, чрезвычайно велика и грозна, а тов. Чупкаев несомненно слаб, при всех его хороших качествах, – он совершенно незнаком с военным делом» (9 марта 1921).
Шмидту, Троцкому, Цурюпе, Шляпникову, Рыкову, Томскому:
«Прошу Вас собрать совещание наркомов – об оздоровлении фабрик и заводов путем сокращения количества едоков» (2 апреля 1921 ).
В Совет Труда и Обороны:
«Перетряхнуть Московский гарнизон, уменьшив количество и повысив качество».
Тов. Брюханову:
«Сейчас же начать кампанию беспощадных арестов за нерадение (…). НКпрод должен установить по губерниям и уездам ответственных лиц, чтобы знать, кого сажать» (25 мая 1921).
Тов. Пеображенскому:
"Что он реакционер, охотно допускаю. Но их надо иначе изобличать. Изобличи на точном факте, поступке, заявлении. Тогда посадим.
Надо выработать приемы ловли спецов и наказания их" (19 апреля 1921).
Очень мило. В. Молотову:
"Прелагаю уволить Абрамовича тотчас.
Федоровскому предоставить объяснения, как он мог принять на службу Абрамовича.
Федоровского за это наказать примерно" (10 июня 1921).
И шуточки:
«Тов. Цурюпа! Не захватите ли в Германию Елену Федоровну Размирович? Крыленко очень обеспокоен ее болезнью. Здесь вылечиться трудно, а немцы выправят. По-моему, надо бы ее арестовать и по этапу выслать в германский санаторий. Привет! Ленин» (7 апреля 1921).
И без шуток:
«Если после выхода советской книги ее нет в библиотеке, надо, чтобы Вы (и мы) с абсолютной точностью знали, кого посадить» (Тов. Литкенсу, 17 мая 1921).
Тов. Горбунову:
«Ведь есть ряд постановлений СТО об ударности Гидроторфа. Явно они забыты. Это безобразие! Надо найти виновных и отдать их под суд» (10 февраля 1922).
Тов. Каменеву:
«Почему это задержалось? [имеется в виду печатание ленинских „Тезисов о внешней торговле“] Ведь я давал срока 2-3 дня! Христа ради, посадите Вы за волокиту в тюрьму кого-нибудь!… Ваш Ленин» (11 февраля 1922). ... ... ..."

____________
________
_____




https://www.liveinternet.ru/users/5246401/post277028283/ :
...
...
"К ГРОБНИЦЕ САТАНЫ

Осталось несколько минут
До тех ударов громовых,
И вот три куклы заводных
Уже видны. Уже идут.

Их муштровали целый год,
Теперь они превращены
Во что положено. И вот
Все взоры к ним обращены.

И словно говорят шаги
И выражения их лиц:
"Плебеи! Падайте все ниц!
И трепещите все враги!"

Уже видны в косых лучах
Две буквы на погонах их.
Как в церкви образа святых,
"ГБ" сияет на плечах.

Они красивы и стройны,
На них глядит и стар, и млад, --
Идут к гробнице Сатаны,
Низвергшего пол-мира в ад."

(Дм.В., 1987 г. -- из воронежского самиздата восьмидесятых годов.)

… показать больше
  0   0
фото

Александр Кумбарг (Украина)   07.05.2020 20:43

Уважаемый Дмитрий! Спасибо за Ваш комментарий.
Говоря о 30 «антиленинских» годах, я имел в виду массовую волну соответствующей литературы, документальных и художественных фильмов и т. д.
Это ни в коей мере не умаляет заслуг в этом направлении Солженицына и других авторов в СССР, «клевещущих на советский строй». Однако тот же «Архипелаг ГУЛАГ», как известно, был сначала издан только на Западе. «Моя маленькая лениниана» Ерофеева сначала была опубликована только в Париже (да и это уже был 1988 год). Аналогично происходило и с другими работами диссидентов и иных критиков советской действительности. Распространение же в самиздате в СССР, как мы понимаем, могло охватить лишь очень небольшую аудиторию.

… показать больше
  0   0

Колонка автора:

 

Опрос месяца

Хватит ли вам личных средств, чтобы прожить в условиях пандемии?

Стас ШпанинВалерия КореннаяЖурнал ГостинаяBiblio-Globus.USA