Я не согласен ни с одним словом, которое вы говорите, но готов умереть за ваше право это говорить... Эвелин Беатрис Холл

независимое международное интернет-издание

Кругозор

интернет-журнал

Держись заглавья Кругозор!.. Наум Коржавин
x
декабрь 2006

«ПОСТСКРИПТУМ», вместивший жизнь

Интервью с Юлией Абрамовной Добровольской

Книга воспоминаний Добровольской – знал бы читатель, как трудно было заставить Ю. А. взяться за мемуары! – уже появилась в книжных магазинах России и скоро появится в Италии. К выходу книги и приурочена наша с ней беседа.

Странно: при ощущении, что знаю Юлию Абрамовну всю жизнь, познакомилась с нею всего-то десять лет назад, когда жила в Италии. По счастливой случайности отыскала её в Милане и с тех пор дружу с этой удивительной женщиной, за что благодарна судьбе. Не только редкая биография ее отличает (не всякому было послано родиться в год революции, учиться у корифеев филологической науки – Проппа, Жирмунского, Гуковского, – работать переводчиком в охваченной гражданской войной Испании, после пройти через испытания тюрьмой и сталинским лагерем, выдержать которые помогла романтически необыкновенная любовь), но и редкие человеческие свойства, а проще говоря, – душа. Да, первоклассный переводчик с итальянского, да, отличный преподаватель, влюбляющий студентов в русский язык и русскую культуру, да, собеседница и близкий друг многих знаменитостей – Лили Брик и Льва Разгона, Ренато Гуттузо и Джанни Родари, – но еще и личность, дарящая свет.

Книга воспоминаний Добровольской – знал бы читатель, как трудно было заставить Ю. А. взяться за мемуары! – уже появилась в книжных магазинах России и скоро появится в Италии. К выходу книги и приурочена наша с ней беседа.


 Часть 1. Эхо публикации

И. Ч.: Юлия Абрамовна, книга ваших воспоминаний «Постскриптум» ещё в рукописи многим стала известна благодаря Интернету. Каковы отклики ваших первых читателей?

Ю. Д.: Поскольку читали друзья, то отзывы хвалебные. Есть один объективный момент, сильно меня удививший. В апреле я жила в доме творчества около Генуи, и генуэзский университет пригласил меня прочитать у них лекцию. И там мне представили двух студентов, которые пишут обо мне... дипломные работы! Один – о тогда ещё не вышедшем «Постскриптуме», а другая – о моих учебниках и словарях.

И. Ч.: Мы к этому ещё вернёмся. А сейчас вот о чём. Помню, вы говорили, что кто-то отозвался на ваш рассказ о Фурцевой. Какая-то женщина приезжала к вам из Франции.

Ю. Д.: Екатерина Алексеевна Фурцева упоминается в книге в связи с тем, что тогдашний директор Ла Скалы, Гирингелли, был от неё в восхищении.

Прочитав эти строчки, русская женщина, живущая в Париже и сотрудничающая с одним московским кинорежиссёром, вознамерилась сделать вместе с ним фильм о любви советского министра культуры и директора Ла Скалы. Она прилетела ко мне из Парижа и рассказала об этом замысле. Я, как могла, объяснила ей, что это полный бред; надеюсь, такого фильма не будет.

И. Ч.: Тогда ещё один – незапланированный – вопрос. Недавно по российскому ТВ показывали фильм о Фурцевой. Довольно тяжёлый – судьба была непростая. И вот по поводу конца Фурцевой в фильме ничего определённого не говорится. А в книге вашей написано, что она покончила с собой.

Ю. Д.: Советской власти было противопоказано, чтобы министр покончил с собой.

Злополучная была у Фурцевой судьба. Когда Хрущёва сняли и её выгнали из номенклатуры, Фурцеву, к тому же, бросил муж, и она осталась одна и не у дел. Это был тупик. Ни в одной газете, ни в одном официальном органе не сообщалось, что Фурцева покончила с собой, но об этом знала вся Москва.

И. Ч.: Теперь давайте вернёмся к Генуе. Там в университете, на кафедре русского языка, двое студентов пишут дипломные работы по вашим книгам. Несколько слов о дипломнике, который пишет о «Постскриптуме». Что он за человек?

Ю. Д.: Он приезжал ко мне пока только один раз. Обыкновенный итальянский студент, мало информированный о советской эпохе. Никто никогда не преподавал им российского страноведения. Ему придётся всё читать от A до Z. А так – что же, нормальный паренёк, симпатичный.

И. Ч.: А как такие пареньки приходят к изучению русского языка и литературы?

Ю. Д.: О, это повальное увлечение Достоевским и Толстым. Не только папы и мамы выросли на нашей литературе, но и бабушки и дедушки. Как правило, увлёкшись русским языком, его не бросают, не перекидываются на другие языки. Это особенность русского языка. При всей его трудности в него влюбляются.

И. Ч.: От вас это важно услышать. Вы преподаватель со знатным стажем. Кстати сказать, с каким?

Ю. Д.: Я начала преподавать в сентябре 1946 года. Давай сосчитаем. 60 лет. Только начинала я преподавать не русский язык, а итальянский, в московском Инязе.

И. Ч.: А какая разница?

Ю. Д.: Как это какая разница?!

И. Ч.: Мы ведь говорим о преподавательском стаже, какая разница, русский вы преподавали или итальянский? У вас 60 лет преподавательского стажа. С ума сойти!

 Часть 2. Судьба чемоданчика

И. Ч.: Юлия Абрамовна, меня как читательницу ваших мемуаров интересуют некоторые вещи, на которые вы только намекнули. В первую очередь, судьба чемоданчика с письмами деятелей итальянской культуры, изъятого на границе у итальянского дипломата, пожелавшего помочь вам. Чьи письма были в чемоданчике? Когда точно он был конфискован? Пытались ли вы когда-нибудь обращаться в органы госбезопасности, чтобы вернуть письма?

Ю. Д.: Это был не дипломат, а бизнесмен, даже не бизнесмен, а высокопоставленный чиновник экономического ведомства Италии, Розарио А.

И. Ч.: Вы, кажется, говорили, что он обычно проходил таможню без досмотра?

Ю. Д.: Да, он проходил через Депутатский зал, без досмотра. В данном случае, наверное, кто-то настучал, и его обыскали.

И. Ч.: Скажите, если вспомните, чьи письма были в чемоданчике?

Ю. Д.: Как правило, я переписывалась с писателями, которых переводила. Этого требовали работа и тот факт, что я не ездила в Италию. Считай, что я получала письма от всех своих авторов, – от Паризе, Шаша, Моравии, Нобиле, Вентури... – но, возможно, хранила только самые интересные.

И. Ч.: Когда они пропали, эти письма? Может, кто-то из наших читателей нам поможет...

Ю. Д.: Когда это случилось? Сразу после моего отъезда в ноябре 1982-го года. Бедняга Розарио был так напуган, так боялся, что его из-за этой истории лишат визы и он не сможет продолжать свою коммерцию, что шарахнулся от меня.

И. Ч.: Понятно, что для вас это было большим ударом.

Ю. Д.: Трудно сказать. Я эти письма могла и сжечь. Но на всякий случай положила в чемоданчик и оставила на хранение Сенокосовым, Юре и Лене. Никакой надежды вернуть его себе у меня не было. На дворе стоял 1982-й год, страшноватый брежневский застой.

 Часть 3. О Пазолини и леваках

Крупный деятель итальянской культуры, бывший директор «Ла Скалы», а также руководитель Итальянского радио и телевидения Паоло Грасси, министр культуры СССР катерина Фурцева,
 Юлия Добровольская и звезда мировой оперной сцены Монсерат Кабалье в артистической Большого театра (гастроли Ла Скала 1974-го года)Крупный деятель итальянской культуры, бывший директор «Ла Скалы», а также руководитель Итальянского радио и телевидения Паоло Грасси, министр культуры СССР катерина Фурцева,
 Юлия Добровольская и звезда мировой оперной сцены Монсерат Кабалье в артистической Большого театра (гастроли Ла Скала 1974-го года)
Крупный деятель итальянской культуры, бывший директор «Ла Скалы», а также руководитель Итальянского радио и телевидения Паоло Грасси, министр культуры СССР катерина Фурцева, Юлия Добровольская и звезда мировой оперной сцены Монсерат Кабалье
в артистической Большого театра (гастроли Ла Скала 1974-го года)

И. Ч.: Юлия Абрамовна, в недавнем разговоре вы упомянули, что подарили исследователю творчества Гуттузо копию письма художника, написанного на следующий день после убийства известного писателя и кинорежиссёра Пазолини. Это бесценное письмо вы нашли случайно в груде бумаг. Вы ко всем реликвиям так беспечно относитесь?

Ю. Д.: Я действительно несколько легкомысленно отношусь к «реликвиям». И знаешь почему? Я не предполагала, что буду писать воспоминания. Сама знаешь, как туго я поддавалась на твои уговоры. То письмо Гуттузо было очень искреннее, написанное в момент большого волнения. Он любил Пазолини. Первая реакция коммуниста Гуттузо – обвинить фашистов. Как у русских – во всем евреи виноваты, – так у итальянцев (половина Италии у нас красная) привычка во всем обвинять фашистов. Кстати, суд очень долго разбирал это дело, годы. До сих пор в нём не все ясно. Наиболее вероятна другая версия, связанная с тем, что Пазолини был гомосексуалистом и искал контактов с хулиганской молодёжью окраин Рима...

И. Ч.: С какой молодёжью?

Ю. Д.: С хулиганской. Он испытывал какое-то нездоровое влечение именно к ним. Но это не накладывает пятна на Пазолини, мне его жаль. Мне всегда очень жаль геев. Хорохорятся. Но им тяжело живётся.

И. Ч.: Да, они хорохорятся. И в Америке им гораздо легче живется, чем где-то в других местах. Они здесь победители.

Ю. Д.: Их стало очень много. Что-то с человеческой природой происходит.

И. Ч.: Мне кажется, рост их числа связан с модой на них и с поддержкой супердемократической части общества.

Ю. Д.: В Италии они представлены в парламенте. Левые их опекают. В парламенте есть даже человек, поменявший пол, он из мужчины стал женщиной.

И. Ч.: Понятно: благодаря этому, его взяли в парламент.

Ю. Д.: Да, в парламенте он представляет эти «социальные явления».

И. Ч.: Правильно я понимаю: левые в Италии – это те, кто рвёт со всякой традицией?

Ю. Д.: Это сложный вопрос. Италия шарахнулась от фашизма к коммунизму и никак не может это пристрастие побороть. Подумай: в итальянском парламенте представлено 3 (три!) новые коммунистические партии. Надо мной друзья потешаются, что я под коммунистами жила в Советском Союзе и под ними же живу в Италии.

И. Ч.: Но мы удалились в политику. Давайте вернёмся к вашей книге. С кем из её итальянских и русских героев вы продолжаете общаться?

Ю. Д.: Дело в том, что... они все перемёрли. Одна я зажилась. Вот какая история.

И. Ч.: Да, Джанни Родари нет, Гуттузо нет, нет Паоло Грасси, но кто-то же остался?

Ю. Д.: Остались мои друзья – писатели Камилла Сальваго Раджи и Марчелло Вентури, автор книги «Via Gorkiy interno 106» («Улица Горького 8, квартира 106») , журналист Луиджи Визмара с женой Ледой, старенькие и немощные. Кто еще?

И. Ч.: Ну, Любимов остался из российских, Смехов, Нина Бейлина, живущая в Нью-Йорке... А сколько ещё друзей и бывших учеников по всему свету, обязательно звонящих хотя бы раз в году – в ваш день рожденья 25 августа.

 Часть 4. Торжество в Ареццо

И. Ч.: Недавно, как я знаю, вы стали почётной гражданкой старинного города Ареццо, соседа Флоренции, одного из признанных центров итальянского Возрождения. За что вы получили это звание? Как проходила церемония?

Ю. Д.: Десять лет тому назад интеллигенция Ареццо создала Ассоциацию Sacro Cuore (Святое Сердце). Они хотели ни больше ни меньше, как приостановить войну в Чечне. Даже попали на приём к помощнику Ельцина. Потом они укоротили свои амбиции и создали школу для молодёжи враждующих народов. В этой двухгодичной школе учатся чеченцы, осетины, абхазцы, грузины, палестинцы, в последний раз я видела даже израильтянина. Их готовят к поступлению в университет города Флоренции на различные факультеты – экономический, юридический и проч., с тем чтобы они стали специалистами и вернулись в свою страну. Я им помогала как могла, хотя называла организаторов Дон Кихотами и подтрунивала над их, как мне казалось, маниловщиной. Но они были так упорны в достижении своей цели, что существуют и поныне и выпустили за это время десятки замечательных парней.

И. Ч.: Только мальчиков?

Ю. Д.: Пока только мальчиков. Собираются брать и девушек, но боятся, что молодёжь зациклится на романах. Основатели школы искали способ сказать мне спасибо. И придумали. Совместно с муниципалитетом города Ареццо дали мне почётное гражданство. Нас, получивших почётное гражданство этого чудесного города, было четверо. Женщина-еврейка из Милана, прошедшая через Дахау, босниец, мэр города Тусла, и палестинец, отдавший сердце убитого сына для пересадки израильской девочке.

И. Ч.: Получили ли вы что-нибудь в придачу к почётному гражданству?

Ю. Д.: Нет, получение этого звания не предполагает никаких материальных благ.

И. Ч.: Ни денег, ни кубков, ни ваз?

Ю. Д.: Ничего этого не было, но была длинная и очень красивая церемония. Театральная, с оркестром духовых инструментов, словно пришедшим из прошлых эпох, – с фанфарами, барабанами, знамёнами. И всё это происходило на фоне дивных фресок Возрождения. Каждый из нас выступил с речью. Всё было организовано пунктуальнейшим образом, без малейших накладок.

И. Ч.: И когда эта церемония имела место?

Ю. Д.: 13 мая.

И. Ч.: А почему именно 13-го? В этом есть какой-то смысл?

Ю. Д.: 13 мая был последний день Международного симпозиума, заседавшего в школе, о которой я рассказывала. Она, кстати, называется Rondine – Ласточка, по имени древней деревни, где теперь располагаются школа и общежития. Среди гостей симпозиума было 11 детей из Беслана.

И. Ч.: Что ж, доброго пути ласточкам из Ареццо!

 

Часть 5. О свойствах характера


Писатель, узник сталинских лагерей, член Комиссии по помилованию при
Президенте России Лев Разгон и Юлия Добровольская.

И. Ч.: Юлия Абрамовна, вы, несмотря на возраст, самочувствие, продолжаете жить активно и деятельно.

Ю. Д.: Активно я живу в случае, если меня вытаскивают, а сама никуда не суюсь.

И. Ч.: Прекрасно мне известны и ваша скромность, и нежелание «высовываться». Вот вышли книги воспоминаний о Проппе, об Эткинде. О Проппе целая глава у вас в мемуарах, он был вашим любимым учителем в Ленинградском университете, с Эткиндом вы вместе учились, дружили. Но вас к участию в этих книгах не привлекли. В воспоминаниях о Лиле Брик, о Льве Разгоне о вас или вовсе не упоминается, или упоминается вскользь. Связано это, на мой взгляд, с вашей позицией: о себе не кричать, себя не навязывать.

Ю. Д.: Я, к сожалению, инертна и неинициативна, я всегда сидела в своём углу. Но, тем не менее, меня не обижали, нет. Видишь, даже почётное гражданство дали. Итальянское правительство присудило мне дважды премию по культуре. Я даже получила благодарность от Российского Министерства культуры в связи с 85-летием. Не я сама – мои ученики и друзья напомнили властям обо мне. Сама бы я, по свойствам характера, не стала бы о себе заявлять. Я в папу, он был у меня ненавязчивый, работал лесником.

И. Ч.: Да, в этом вы в папу. Но есть у вас и другая черта, не отцовская. Вы мне сказали, что в глуши, в деревне, жить бы не хотели. Вот недавно вы ездили в Алессандрию к своим приятельницам – армянским пианисткам. Тихий провинциальный город. А вам бы в этом месте жить не хотелось. Почему?

Ю. Д.: Почему? У меня аппетит к культуре. Из последних сил стараюсь его не потерять. Застарелая привычка держать руку на пульсе духовной жизни. Так было в Москве, так было здесь, в Италии, так было всегда.

И. Ч.: Это стиль поведения?

Ю. Д.: Нет, не стиль. Это настоятельная потребность. Потом, это связано с профессией. Переводчик должен знать всё. Должен прочитать сегодняшнюю газету, посмотреть выставку, нашумевший фильм. Я вот пойду сейчас смотреть «Код да Винчи» Дэна Брауна.

И. Ч.: Все-таки пойдете? Я не собираюсь.

Ю. Д.: Иду исключительно потому, что о нем трещит вся печать, не могу себя «выключить» из процесса.

И. Ч.: Ну хорошо, тогда расскажете о впечатлениях. Договорились?

Ю. Д.: Договорились.

 Фотографии из личного архива Ю. Добровольской

Не пропусти интересные статьи, подпишись!
facebook Кругозор в Facebook   telegram Кругозор в Telegram

90 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ЕВГЕНИЯ ЕВТУШЕНКО

"Великий поэт" (Ранее не опубликованные фотографии Евгения Евтушенко)
"Великий поэт" (Ранее не опубликованные фотографии Евгения Евтушенко)

Противоречивого, безмерно талантливого, пытавшегося всю жизнь то приспособиться к миру и людям, которые его окружали, то взмывающему над ними, как буревестник.

Михаил Шур август 2022

Стихи Евгения Евтушенко
Стихи Евгения Евтушенко

Петровское окно

Закрыть Россию, ее Слово?
Да это же такая стыдь,
как изолировать Толстого
и Достоевского закрыть?

Бессмертный полк

И не иссякнет Русь, пока
Течет великая река
Из лиц Бессмертного полка.

Кругозор август 2022

УГОЛОК КОЛЛЕКЦИОНЕРА

Загадка пистолета Эймса
Загадка пистолета Эймса

Каждому коллекционеру оружия время от времени попадалось оружие с "легендой!, которая передается от владельца к владельцу. Может быть это пистолет, который, согласно легенде, принадлежал самому Бонапарту. Или мушкет, принадлежавший великому вождю краснокожих.

Влад Богатырев август 2022

Держись заглавья Кругозор!.. Наум Коржавин

x