обычная версиямобильная версия
подписка

независимое международное интернет-издание

Кругозор интернет-журнал
Держись заглавья, Кругозор, всем расширяя кругозор. Наум Коржавин.
март '07
Первопроходчество

КОЛУМБЫ ПОДЗЕМНОГО МИРА

А. КЛИМЧУК
Президент Украинской спелеологической Ассоциации

Завершилась ли эпоха географических открытий?

Эпоха великих географических открытий и первопроходчества. Времена, когда география планеты ещё не была известна даже в основных чертах. Когда страстные учёные и искатели приключений под покровительством могущественных корон и империй предпринимали смелые, как сейчас бы сказали, проекты по исследованию, покорению и освоению новых земель, обнаруживаемых за морями и океанами. Когда следующие эшелоны исследователей и авантюристов, то ли посланные сильными мира сего, то ли влекомые собственным духом первопроходчества, исследовали и осваивали открытые материки и острова, формируя первичное географическое знание. Пик этой эпохи пришёлся на XVI-XVIII века с некоторыми яркими итоговыми линиями, протянувшимися через ХIХ-е и даже ХХ-е столетия.

На век прошлый выпали события, вроде бы, завершающие на Земле географическое первопроходчество — покорение крайних её точек. В 1908-1909 годах американские экспедиции Ф. Кука и Р. Пири достигли Северного полюса, а в 1911 году норвежской экспедицией под руководством Р. Амундсена покорён полюс Южный. В те годы вся планета следила за драматическим соревнованием наций за честь первыми водрузить свой флаг над этими точками.

Эти достижения были восприняты как события национальной гордости стран-победителей, и таковыми закрепились в истории. Оставалась высочайшая вершина мира, покорение которой состоялось в мае 1953 года британской экспедицией под руководством Джона Хаита. Эдмунд Хиппари и Тенсимг Норгей достигли высшей точки земной поверхности, увенчав многомесячные усилия сотен людей, участвовавших в обеспечении этого восхождения. Триумф по возвращении первопроходцев, как на национальном уровне, так и на международном, вполне соответствовал географически-психологическому значению события. Непокоренной ещё оставалась лишь глубочайшая точка мирового океана, но ненадолго: в 1960 году швейцарским учёным Жаком Пикаром с американским батискафом «Триест» Марианская впадина была покорена до глубины 10916 метров.

Что же: географическое первопроходчество навсегда осталось в прошлом? Так думает большинство людей. Фабула обручевской «Земли Санникова» уже при появлении романа выглядела данью ушедшей эпохи, а ныне и вовсе кажется памятником безвозвратно ушедшего первооткрывательского романтизма. Спутниковые съемки позволяют нынче прочитать заголовки газет, которые развернули пенсионеры на скамеечке в парке — где уж тут место для неизвестных островов, хребтов и рек?…

Нужно ли человеку первопроходчество?

Может ли человечество прожить без первопроходчества? Конечно, нет. Стремление к экспансии, к познанию неведомого было и всегда будет основным двигателем развития Homo Sapience. Мудрый творец связал это стремление с острыми и притягательными ощущениями — подобно тому, как поддерживается эйфорическими ощущениями необходимость продолжения рода. Но если возможности удовлетворения первичного инстинкта первопроходчества — непреодолимой тяги пройти землю от края до края или переплыть море-океан — на этой планете вроде бы исчерпываются, то инстинкт всё более реализуется в иных формах. Первопроходчество может быть опосредованным — духовно, интеллектуально, технологически. Его безбрежная область — наука с её сверхзадачей всеобщего познания. И вполне вероятно, что возрастание темпов развития теоретической науки в последнее столетие (а вместе с тем и технологического развития) как раз и связано с исчерпанием возможностей непосредственного первопроходчества. Но прямое первопроходчество (в смысле — физически достигнуто человеком) продолжается и имеет столь же безбрежную перспективу в космосе: за высадкой людей на Луне неизбежно последует его высадка на Марсе и далее — до бесконечности…

Однако и в интеллектуальной, и в космической сферах первопроходчество становится слишком уж отделённым от обычного человека. В науке процесс и эмоции первопроходчества практически не осознаваемы обычным человеком, и остаются уделом «яйцеголовых» учёных, жизнь которых практически изолирована от общества. В космонавтике — это удел избранных «небожителей». К их свершениям в определённой мере эмоционально сопричастны граждане нескольких наиболее продвинутых наций, где пропаганда активно поддерживает такую сопричастность. А для множества остальных людей все это происходит как бы в фантастическом романе — слишком уж высок экономический и технологический барьер между собственной текущей жизнью и «той».

Первопроходческий инстинкт обычного человека всё равно требует удовлетворения, и находит его в заменителях вроде туризма или экстремальных видов спорта, с готовностью упаковываемых его величеством Бизнесом в блестящую массовую обёртку. И подаваемых в виде, «готовом к употреблению». Коммерческие туры на Эверест пока сохраняют некоторую экстремальность условий — пока ещё туда экстремальных туристов доставляют не в комфортабельной кабине по канатной дороге, а на их собственных ногах. Но по сути они имеют такое же отношение к первопроходчеству, как туры «новых русских» на Северный полюс с шампанским и футболом к эпопеям Ф. Кука и Р. Пири. Заменители — есть заменители. Дело тут неизбежно доходит до маразмов…

А всё-таки географическое первопроходчество не исчезло и в XXI веке. Просто оно переместилось… под землю. Пожалуй, единственным занятием, основу и суть которого до сих пор составляет первооткрывательство, и где до сих пор делаются крупные «физические» географические открытия, остаётся спелеология — разведывание и изучение мира природных пещер. Тут эпоха великих географических открытий в самом разгаре — вместе с её эмоциями и страстями, экстремальностью и гормонами, научным и практическим значением. В этом — огромное и возрастающее значение пещерных исследований для географии всей планеты.

Subterra incognita: подземный континент

Оставлю прослеживание взаимоотношений человека с пещерами в течение веков для специальной статьи; отмечу только, что пещеры можно смело назвать колыбелью человечества. Настоящее масштабное разведывание мира природных пещер началось лишь в конце XIX — начале XX веков, сперва во Франции и Британии, а затем и в прочих развитых странах — с появлением движения энтузиастов, привлечённых возможностью полноценного удовлетворения первопроходческого инстинкта. Число спелеологических клубов и обществ в Европе и Северной Америке быстро росло. Спелеологи увлечённо занимались разведыванием, прохождением и картированием пещер, доступность которых превышала возможности первобытного человека и случайных любопытных. Это оказалось настоящим географическим первооткрывательством — и не где-то за океаном или на Марсе, а в своём-же регионе. К середине ХХ-го столетия среди массы относительно доступных пещер стали выявляться пещеры-гиганты, исследование которых требовало особых усилий и подготовки. Вот тогда-то в спелеологии и началась «эпоха великих географических открытий», которая продолжается до сих пор.

В 50-е годы возникло острое соперничество за статус длиннейшей пещеры мира, на который претендовала знаменитая Мамонтова пещера в американском штате Кентукки (около 38 км разведанных на то время ходов). Но разведочные усилия швейцарских спелеологов на крупной альпийской пещере Хельлох к 1955 году вывели её на первое место с 54 км закартированных ходов. Она оставалась длиннейшей в мире до 1969 года, к которому её разведанная протяжённость достигла уже 112 км. «Подстёгнутые» швейцарскими успехами американцы в те же годы резко усилили активность по разведке и картированию продолжений в Мамонтовой пещере и нескольких других крупных пещерах этого района.

В 1969 году и Хельлох, и Мамонтову превзошла пещера Флинт-Ридж, а в 1972-ом пещеры Мамонтова и Флинт-Ридж были соединены непосредственным прохождением, что дало гигантскую систему длиной 231 км. Пещере Хельлох осталось довольствоваться статусом второй в мире и длиннейшей пещеры Европы. Но тоже ненадолго. В 1978 году её обошла, совершенно неожиданно для Запада (очень мало тогда знавшего о молодой советской спелеологии), украинская пещера Оптимистическая!

А теперь оцените дальнейший прогресс: на конец ХХ века протяжённость длиннейшей пещеры мира Мамонтовой составила уже 563 км, а второй в мире по длине пещеры — Оптимистической — 220 км! Разведывание этих и десятков тысяч других пещер продолжается, а ведь известные сегодня составляют лишь не более пяти процентов от предсказываемого числа пещер…

«Под земной поверхностью в абсолютной темноте находится настолько огромный мир, что можно говорить о новом континенте», — так высказался в 1966 году в журнале National Geographic известный швейцарский спелеолог Альфред Бегли, руководивший в 50-е и 60-е годы исследованием пещеры Хельлох. «Подземный континент» — это метафора-обобщение всей совокупности пещер, но она правильно подчёркивает обширность и природное разнообразие подземного мира. И в который раз принципиально подтвердилась фантастика Жюля Верна, описавшего в романе «Путешествие к центру Земли» эпопею проникновения группы смельчаков в грандиозный внутренний мир планеты, с его пропастями, горами, морями и реками. С его особой жизнью.

В Альпах и на Пиренеях с середины прошлого века происходило драматическое завоевание глубины (об этом ниже подробнее). В исследованиях восьми сверхглубоких пещерных исследованиях в последние годы особо отличились украинские спелеологи. В Северной Америке геологические условия оказались благоприятными для больших пещер: из 11 пещер мира, протяженность которых превышает 100 км, пять разведано в США. Среди них грандиозный трёхмерный лабиринт пещеры Лечугия в штате Нью-Мексико, куда спелеологи прорвались лишь в 1985 году, и который теперь «разросся» до 148 км по протяжённости и почти до 500 м в глубину. Огромными по протяжённости лабиринтами теперь знаменита в мире Западная Украина, где в 70-х-80-х годах украинские спелеологи исследовали пять длиннейших в мире гипсовых пещер общей протяжённостью свыше 500 км.

Возрастание экспедиционной активности европейцев в странах юго-восточной Азии и Океании дало тут в последние 30 лет множество выдающихся открытий. В Китае, Филиппинах, Малайзии, Индонезии, Папуа-Новой Гвинее открыты грандиозные по объёму полости вроде галерей диаметром до 100 метров и циклопических залов. Крупнейший известный пещерный зал находится в пещере Саравак на острове Борнео. Его объем составляет свыше 25 миллионов (!) кубометров — в него можно было бы упаковать 10 пирамид Хеопса, а на его площади разместить 26 футбольных полей!

В Папуа-Новой Гвинее разведаны пещеры с крупнейшими подземными реками, меженный расход одной из которых составляет около 130 кубометров в секунду — это примерно расход Днестра в среднем течении! В регионе, несомненно, ещё предстоят выдающиеся открытия.

Это лишь беглое, отрывочное упоминание некоторых великих свершений в мире пещер за последние полвека, но его вполне достаточно, чтобы понять: географическое первопроходчество под землёй происходит масштабно и интенсивно, и что сравнение подземного мира с континентом вовсе не случайно. Реальное разведывание и исследование пещер, особенно на современном этапе раздвигания «дальних» и «глубинных» границ, сопряжено с драматическими событиями и приключениями, перед которыми меркнут страницы жюль-верновских романов. Скупые цифры длин-глубин-объёмов скрывают за собой сотни экспедиций, тысячи экстремальных ситуаций и, к сожалению, десятки человеческих жертв.

Цена первопроходчества всегда высока. И каждая страна, которая имела высшие достижения в пещерных исследованиях, гордится ими так же, как покорением полюсов и Эвереста.

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Кругозор в Facebook

Комментарии

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Войдите в систему используя свою учетную запись на сайте:
Email: Пароль:

напомнить пароль

Регистрация
Вы можете авторизироваться при помощи аккаунта Facebook

 

Опрос месяца

Приведут ли "санкционные" лишения средств российской верхушки, "друзей Путина" и его лично к смене власти в РФ в этом году?

СтасВалерияЖурналBiblio-Globus.USA