обычная версиямобильная версия
подписка

независимое международное интернет-издание

Кругозор интернет-журнал
  Держись заглавья, Кругозор, всем расширяя кругозор. Наум Коржавин.
май '13
ПРОЗА

ВЕЧНЫЙ ЗОВ

Новеллы

ВЛЮБЛЁННЫЕ

Наступало очередное утро. Большой зеленовато-сиреневый диск медленно выплывал из-за горизонта, растворяя в холодных призрачных лучах ночную тьму. Они проснулись.

- Доброе утро.

- Доброе, как всегда.

- Как ты думаешь, сегодня будет ветер?

- Хорошо бы.

Диск на горизонте постепенно белел, высветляя терявшиеся во мгле дали. Абсолютная тишина и незыблемость покоя угнетали.

- Будет жарко.

- Пусть... Ты любишь меня?

- Люблю. Ты же знаешь. Кого мне еще любить. На этом пригорке только ты и я.

И правда, любить им больше некого. Другие далеко от них, или они далеко от других.

- А ветра все нет.

- Жаль.

Стало совсем светло. Но ничего не изменилось вокруг. То же застывшее безмолвие.

- Каким нестерпимо длинным будет этот день.

- А разве прошедший день был короче?

Они помолчали. Возможно даже успели вздремнуть, погрузившись в ленивое бездумье. Но ненадолго.

- Неужели и сегодня ничего не произойдет?

- То, что должно произойти, произойдет очень нескоро. Нас тогда уже не будет на свете.

- Откуда ты знаешь?

- Знаю. У меня есть Память Будущего.

- А почему у меня ее нет?

- Зато у тебя есть Память Прошлого.

- Это неинтересно. Так что же произойдет, когда нас уже не будет?

- Прилетят ОНИ...

- Кто?

- Те, кого мы не дождемся.

- Ну и какими же они будут?

- Подвижными.

- Ах!.. А еще?

- Маленькими?

- Еще!

- Шумными.

- Еще!

- Суетливыми. Любопытными. Очень умными и... злыми.

- Еше. Еще!

- Больше ничего не знаю.

Белый диск у противоположной кромки горизонта снова начал зеленеть и деформироваться, будто протискивался в щель между небом и землей. Стало жарко и душно. Но жажды они не испытывали. Потому что поблизости протекал ручей. Они давно привыкли к его соседству. С самого детства. И даже иногда ловили в нем свое отражение. Но не осознавали, что видят самих себя.

- А ветра все нет.

- Я люблю тебя.

- А я тебя.

- Потому что любить больше некого?

- Нет. Не потому.

- Тогда почему ты меня любишь?

- Мы говорили об этом бесчисленное множество раз.

- Потому что говорить больше не о чем.

- Мы росли вместе. Ты поддерживаешь меня. Мы можем ласкать друг друга... иногда.

- Я знаю.

- И еще... ты красивее всех.

- Повтори.

- Красивее всех.

- Ты тоже. Это оттого, что рядом ручей.

- Ну где же, где он? Почему медлит?

- Возможно он прилетит, когда спустится ночь.

Они снова надолго умолкли в терпеливом ожидании. Утолили жажду и подкрепились. Тишину нарушало лишь монотонное, еле слышное журчание ручья. Они так к нему привыкли, что давно перестали замечать. Сегодня, как и вчера, как и годы назад, ничего не происходило. Если бы они не переговаривались время от времени, день показался бы им еще более длинным и утомительным. И они снова зашептались.

- Уже вечер, а ветра все нет.

- Он скоро будет здесь.

- Откуда ты знаешь?

- Я чувствую.

- Кажется, и я тоже. Скорей бы! Я снова буду ласкать тебя.

- А я тебя.

- Когда настанет ночь, ты мне покажешь ее?

- Покажу.

- И все расскажешь?

- Обязательно.

- И будешь рассказывать каждую ночь.

- Жаль, что они прилетят, когда нас уже не будет.

- А ручей? Он останется?

- Дай подумать... Нет. И ручья не будет. Только мертвая сухая земля. И нестерпимый зной. Они здесь долго не выдержат.. Умрут или улетят обратно.

Зеленовато-фиолетовый диск уже совсем скрылся из виду. Небо налилось чернеющей синевой, расцветившись мирриадами звезд.

- Ну давай же, отыщи ее.

- Да вон она. Прямо над нами. Та, что ярче всех звезд. Они прилетят оттуда.

- И что же?

- Я рассказываю тебе об этом каждую ночь.

- Так расскажи еще.

- Они маленькие, подвижные, шумные, любопытные. Они отыщут нашу планету. Только это произойдет слишком поздно. Нас тогда уже не будет. Не будет никого и ничего. Не будет самой Жизни. Они даже не узнают, что мы были. Что ждали их.

- Жаль. Очень жаль.

И тут появился ветер - порывистый, горячий. И они смогли наконец коснуться друг друга ветвями. Это было очень ласковое и долгожданное прикосновение. Ведь они любили друг друга - вовсе не потому, что любить было больше некого.

 

НЕБЕСНАЯ МУЗЫКА

Ее все пугало - и яркий свет, и шепот трав под легким прикосновением ветра. Хотелось убежать, спрятаться в привычном влажном полумраке родительского дома. Но что-то волнующее, непреодолимое руководило ее действиями, гнало навстречу неизведанному...

Дрожь пробежала по ее телу, по быстрым, беспокойным ногам. Утро было таким особенным и значительным, таким ласковым. Откуда-то с вышины еле уловимо лилась многоголосая музыка. И это тоже было удивительно и прекрасно. Ажурные тени вокруг ритмично подрагивали в унисон таинственному звучанию.

Небо, огромное, величественное небо властно притягивало, обволакивало фиалковым дурманом, душало трепетно и нежно где-то там, в безумной, головокружительной вышине... и совсем рядом - в листве, в тонкострунных травах, в самой груди.

Волнение все усиливалось, превращаясь в неистовый зов, в жгучую потребность. Она перестала суетиться, замерла в ожидании - только крылья нетерпеливо подрагивали за спиной. Нежные, хрупкие, почти прозрачные крылья с тонкими изящными прожилками. Она никогда прежде не отрывалась от земли и все же знала, знала наверняка: то не крылья, нет - непреодолимое желание поднимет ее в воздух, наполнит до краев ощущением счастья... и все же она медлила. Ждала. Но чего?

"Чего мы ждем? Нам пора. Пора! - понеслись отовсюду призывы бесчисленных подруг. - Нам пора. Время настало."

Легкой предутренней дымкой заструилось над непросохшей от росы землей великолепие прозрачных крыл. Тревожный, томительный их шелест естественно и закономерно влился в небесный оркестр нежнейших звуков. И небо, ласковое и прекрасное, раскрыло ей свои объятия.

Музыка становилась все явственнее. В хрустальном перезвоне чудились голоса чистых, прозрачных родников, пугающий клекот журавлей, весеннее ликование птиц, игриво-торжественные переливы грома.

С поспешной готовностью расступались ветви деревьев. Небо струилось, изливалось, низвергалось щедрым потоком... лавиной... обвалом. Ласковым томным мотивом.

Она летела, подхваченная небом и музыкой, отдавшись таинственному влечению и упругим крыльям. Она знала, в неведомой вышине ее ждет ОН. Тот единственный, кто обретет власть над нею, придаст разумность и смысл ее последующему существованию. Тот единственный, о ком она будет с тоской и благодарностью вспоминать всю оставшуюся жизнь в беспросветной тьме добровольного заточения.

Она знала, из тысяч и тысяч ей подобных суждено вернуться на землю живыми лишь немногим. Знала и с радостной готовностью покорялась своей судьбе.

В небесную мелодию ворвался ЕГО мотив. Он ждал ее. Он ее звал. И она ответила... подруги тоже услышали Зов. Каждая - свой. И также страстно ответили на призыв. И каждой казалось, что она одна в целом мире. И что позвали только ее. В этом вся мудрость. Все отчаяние. И весь восторг, подаренный небом.

Казалось, облака стали воздушнее и ближе. Казалось, кроны деревьев - застывшие памятники чьим-то мечтам. Казалось, Солнце, если поднимется над лесом, опалит хрупкие крылья, растопит их в безжалостном зное, погубит мечту. Казалось, миг будет длиться вечно...

Но тогда небо перестало бы быть мудрым, а кроны деревьев - памятниками мечтам. Тогда миг потерял бы свою прелесть, а желание - остроту. И не было бы ни восторга, ни пламенного оцепенения. И не было бы самой Жизни. А музыка непременно бы умолкла. Угасла. Умерла. И не звучали бы так настойчиво властные аккорды Творения.

Но миг останется мигом. И потому музыка достигла своего апогея. Буйствовала и низвергалась, сотрясая небо в величественном экстазе.

Она увидела ЕГО. Его лучезарные крылья несли ей первый луч взошедшего Солнца, глубину неба и блаженство вечности.

Их крылья смешались. Кроны деревьев, опрокинувшись, воспарили на небесной груди, а облака услужливо подставили им свои пуховые перины.

И вдруг музыка смолкла. И оборвался миг, длившийся вечность. Зова больше не было. Чудо свершилось и кончилось. Умерло во имя жизни. Напрсно она озиралась по сторонам. Его уже не было рядом. И никогда больше не будет. Брачный полет для него не только вершина жизни, но и последний аккорд. Его миссия завершена.

Она знала это и все же, не желая смириться, помчалась ввысь, к виновато умолкшему небу. Вокруг уже не было ничего, кроме ослепительно сиявшего Солнца - пугающе огромного, щедрого и безжалостного одновременно. А она все летела и летела, неся в себе протест, отчаяние и... Жизнь.

Летела до тех пор, пока не выбилась из сил. Пока не осознала, что осталась совсем одна. Одна во всей Вселенной. Без него, без подруг, без родного дома. Зачем ей он, подруги и дом, если все обман, иллюзия, тьма. Тьма, даже когда Солнце слепит глаза и опаляет крылья.

Обессиленная она медленно опустилась на землю. Одна из тысяч, не вернувшихся вовсе. Комья голой сырой незнакомой земли были ей приветом. Крылья за спиной безвольно повисли. Небесно-прозрачные крылья мечты. Крылья иллюзии. Те самые крылья, что подарили ей миг блаженства, свет и музыку - лишь для того, чтобы все это отнять.

И она сломала свои крылья - аккуратно отпилила их по врожденной, судьбой определенной линии. Навсегда оборвала связь с небом и мечтой. С солнечным светом и блаженством, которое миг и которое вечность. Которое сама жизнь и всего лишь иллюзия жизни.

Но небо, обманув ее надежды, зародило в ней не только новую жизнь - оно подарило ей мудрость. Она добровольно отказалась от крыльев, потому что поняла: крылья никогда уже не понадобятся ей. Потому что впереди бесконечная ночь и бесконечный изнурительный труд родоначальницы нового очага разума.

Сброшенные, будто свадебный наряд, крылья, еще недавно так нежно трепетавшие в струях ветра, тускло поблескивали на Солнце. а она, не замечая глубоких ссадин и царапин на нежном теле, неутомимо трудилась, все глубже и глубже уходя под землю.

Приготовив место для себя и будущего потомства, она тщательно замуровалась изнутри, навсегда распрощавшись с солнечным светом. Добровольно обрекая себя на долгий мучительный голод, лишения и одиночество, она знала, что придет время, и многочисленные, трудолюбивые дети ее честно поделят между собой обязанности, столь же безропотно и мудро приняв неизбежное.

Она знала, юные дочери ее будут неистово стремиться к небу, навстречу властному зову животворящей музыки, навстречу мечте и иллюзии, которые ночь для тех, кто не в состоянии постигнуть их подлинного смысла.

*     *     *

Как назвать написанное мною - я не знаю. Познакомившись с удивительной и мудрой жизнью крохотной цивилизации, делящей с нами планету - с жизнью муравьев, я села за письменный стол с твердым намерением написать большой и обстоятельный рассказ для детей, чтобы рассказать им в увлекательной форме об очень сложной и поразительно "продуманной" жизни этих трудолюбивых насекомых. Включая жертвенность муравьиной матки, никогда не покидающей своего подземного царства и постепенно превращающейся в гигантскую, по муравьиным меркам, фабрику для непрерывного производства личинок. У меня и фабула была уже в общих чертах продумана... Но тут моя рука вдруг вышла из повиновения. Она писала, не останавливаясь ни на минуту, как бы сама по себе, или подчиняясь чьей-то неведомой воле. И то, что ложилось на бумагу, не имело ко мне и к моим замыслам никакого отношения.

Закончив в один присест и поставив последнюю точку, я удивленно смотрела на торопливые строки без единого исправления. Если честно, самой мне понравилось. Получилась этакая ода женской доле, неважно из какой цивилизации - муравьиной или человеческой. Вот только вопрос для меня остается открытым: А кто же автор?

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Кругозор в Facebook

Комментарии

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Войдите в систему используя свою учетную запись на сайте:
Email: Пароль:

напомнить пароль

Регистрация
Вы можете авторизироваться при помощи аккаунта Facebook
фото

Рахель Гедрич (NYC)   25.05.2013 02:16

Ода Жизни. Стихи в прозе, замечательная женская лирика, соавтором которой , безусловно является Б-г. Браво, Элеонора.
  - 0   - 0

 

реклама #1 реклама #2 реклама #3 реклама #4 реклама #5 реклама #6 реклама #7 реклама #8

Реклама в «Кругозоре»: +1 (617) 264-04-51

Опрос месяца РЕАЛЬНО ЛИ СОЗДАНИЕ В УКРАИНЕ СИТУАЦИИ, ПОЗВОЛЯЮЩЕЙ СКРЫВАЮЩЕМУСЯ В РОССИИ БЕГЛОМУ БЫВШЕМУ ПРЕЗИДЕНТУ ВИКТОРУ ЯНУКОВИЧУ ВЕРНУТЬСЯ "НА БЕЛОМ КОНЕ"?
Вполне возможно - российским спецслужбам это по силам
Исключено
Трудно сказать
 
События в мире
 
СтасВалерияЖурналBiblio-Globus.USA